1
0Да ну, брось, Таня! Тебе что, пятнадцать? Нет, конечно! Уже двадцать три стукнуло, а ты даже не помышляла, что такое вообще может произойти с тобой!
До командировки.
До миллиардера.
Так, стоп.
Потом, все потом!
Делаю глубокий вдох, и вхожу в прохладное помещение, пропахшее хлоркой насквозь.
Моргаю несколько секунд. После солнца глаза плохо воспринимают электрическое освещение.
- Девушка, куда? – противно спрашивает бабулька в регистратуре.
- Мне бы к гинекологу. – сглатываю я ком.
- Адрес назови!
Называю. Вытаскиваю паспорт из сумочки, а у самой руки трясутся от волнения.
До ужаса боюсь, что мои подозрения подтвердятся. А если они, все же черт возьми, подтвердятся?! Что будет? Что же со мной будет?!
Да ничего хорошего, не будет. Повторю судьбу своей бедной мамочки и рожу еще одного ребеночка без отца…
- Сейчас на твоем участке работает Резеда Розмундовна, вот тебе талончик к ней, посиди, через полчаса попадешь.
- С-спасибо, забираю я номерок.
- Да не здесь стой, вон, иди, на скамейке присядь, - прогоняет меня регистраторша.
Беру себя в руки, иду по длинному темному, точно моя жизнь, коридору. Стены тут выкрашены в скучный грязно-зеленый цвет. Несмотря на жару тут стоит больничный холод, пропитанный лекарственным запахом.
В коридоре сидит еще несколько женщин разных возрастов и разной степени беременности.
Опускаюсь на сидение между жующей жвачку молоденькой девушкой в коротком топике и шортах, из которых вываливается часть попы и степенной матроной, убелённой сединами.
- Да, ща, бортанусь по бырику и на пары приду, не парься, кисунь! – нисколечко не стесняясь орет на весь коридор девчуля.
Вздрагиваю. Нет. Аборт я сделать не смогу. Даже если мне будет нечего есть и негде жить, я никогда не убью своего малыша.
- Мне всего девятнадцать, какие нахер дети? – продолжает хлопать жвачкой девица.
Матрона с сединами качает головой. Мне тоже крайне неприятны эти слова. Мне двадцать три, и я попала в такую же ситуацию как эта девица. Хотя, казалось бы, знаю о контрацепции побольше нее.
- Селиванова! На процедуру! – раздается голос из-за обшарпанной двери.
Размалеванная девица встает, поправляя съеденные ягодицами шорты.
- Ну все, кисунь, потом наберу.
Девица роняет телефон в рюкзачок и оборачивается на нас:
- Че вылупились, клуши? Как будто сами никогда в жизни абортов не делали!"
"- Номер четырнадцатый! – раздается из соседнего кабинета.
Не успеваю переварить слова девицы, а меня уже саму вызывают.
Подхватываю сумочку, из к двери с надписью: «Гизиева Р.Р.»
- Здравствуй, проходи, вот сюда, за ширму, раздевайся! – не глядя на меня заполняет какие-то бумажки Резеда с не выговариваемым отчеством. – По какому вопросу сюда? Беременная?
С удивлением смотрю на худощавую черноволосую женщину.
