И будет вам счастье

И что мне это даст? Ну расскажет бедная девушка, как тяжело ей приходится в любовницах, я ее пожалею, а дальше?

– Сергей вас обеих использует, – гнула свое бывшая учительница, – справляет свою нужду и – в кусты!

Напор пожилой дамы меня удивил:

– Слушайте, а вам-то какое дело? В чем ваш интерес?

– О, времена, о нравы! – картинно вздохнула Галина Кирилловна. – Если человеку не безразлична судьба ближнего, то его уже обвиняют во всех смертных грехах! Вот раньше такого не было. При социализме мы про своих соседей знали все, они нам ближе родственников были! Вместе и в горе, и в радости. А теперь? Разбежались по своим квартирам, как тараканы, а если кругом безобразия творятся – всем наплевать!"

"Да, я отлично помню те времена, когда около каждого дома стояла толпа пенсионерок. Днями напролет они бдили: кто куда пошел, чего купил, кого привел домой… Потом сладострастно обсуждали: «Наши люди в булочную на такси не ездят!» Но как-то незаметно бабульки исчезли. Казалось, ничто не может быть их незыблемей, они на века, а вот поди ж ты – нету, испарились! Очевидно, сериалы по телевизору оказались интересней соседской жизни. Да и при всем желании теперь пенсионеркам негде собираться. Во многих дворах убрали лавочки, а газоны заасфальтировали под автомобильные стоянки.

– Раньше бы Сергей не скрылся от справедливого возмездия! – кровожадно добавила Галина Кирилловна. – Общественность не дала бы ему уйти!

Дама произнесла – «скрылся», и это слово подтолкнуло во мне работу мысли. А что, если Кисляк скрывается у любовницы? Это было бы очень по-мужски: пересидеть бурю в квартире со всем удобствами, да еще с любящей женщиной под боком.

– Так ты пойдешь к Нинке? – начала раздражаться пенсионерка.

– Пойду! Диктуйте адрес.

– Ой, точного адреса я не знаю, но могу объяснить, как пройти. Значит, так: здесь за углом есть магазин «Пятерочка», в этом доме тебе нужен первый подъезд. Двухкомнатная квартира то ли на третьем, то ли на четвертом этаже. В общем, на месте разберешься!

Я поблагодарила женщину и поднялась с лавки. Только сейчас я почувствовала, что продрогла до костей. Все-таки июньские ночи в Москве еще холодные, а одета я легко.

Галина Кирилловна меня остановила:

– Может, телефончик свой оставишь, а? – заискивающе глядя в глаза, попросила она. – Я бы позвонила, узнала, чем у вас там дело закончилось…

Искать супермаркет за углом у меня не было ни сил, ни желания. Да и на часах уже была полночь. Завтра, я все сделаю завтра, а сегодня у меня осталась одна мечта – добраться до подушки.

Я вытащила мобильник, чтобы вызвать такси. Не успела я открыть «раскладушку», как она зазвонила. На дисплее высветился неизвестный номер.

– Слушаю.

– Люська, ты где? – я узнала голос Ленки Колтуновой.

– В Кунцево.