Гроза Островского

 — Безапелляционно заявляет моя собеседница.

— Ни за что! — выпаливаю резко. — Я не танцовщица и вообще…

— А вот это не обсуждается, — строго прерывает меня Мадлен. — Ты просила шанс? Говорила, что хочешь помочь раскрутить клуб. Вот тебе шанс, Дуняша. Эта вечеринка покажет на что мы способны. Флаеры напечатаны и розданы, еще с утра я подсуетилась. Но знаешь сколько стоит выступление профессиональной танцовщицы на пилоне? Так я тебе скажу. Мы с тобой в таком варианте без зарплаты в этом месяце. Тебя устроит без зарплаты? Нет? Вот и станцуй, тогда, милочка. Тем более что ты та еще зажигалка.

Все будут в восторге!

Понимаю, что спорить с Мадлен бессмысленно, но в то же время не представляю, как выполню ее просьбу. Угораздило же меня на сцену подняться! Я ведь ничего такого не планировала! Когда начинала танцевать… думала и внимания никто на мои забавы не обратит… А там Островский, Эльза, вот теперь еще и Мадлен. Просто катастрофическое невезение!

Как я и предполагала, Острый в клубе не появился. Ну, к лучшему, можно выдохнуть с облегчением. Но ближе в четырем приехала Эльза. Вот только ее мне не хватало.

Я не могла смотреть этой женщине в глаза. Чувствовала себя швалью последней. Но была вынуждена разыгрывать перед ней милую Дуняшу. Уж не знаю, чего так обеспокоилась Баранова, но она настояла, чтобы Мадлен отпустила меня пораньше с работы и потащила по магазинам. Выбирала мне опять несуразные шмотки, но я молчала, кивала и делала вид что благодарна. Это было невыносимо. Потом Эльза затащила меня в кафе. Мы заказали по чашке латте и сэндвичу. И тут Баранова начала засыпать меня вопросами. Почему я пришла работать в клуб, какие у меня на данный момент отношения с матерью, с дядей Алексом, прочла лекцию о разнице поколений, о неблагодарности и так далее. Особенно ее интересовал вопрос где я теперь живу. Я старалась в свою очередь не болтать лишнего и притворяться недалекой туповатой племянницей из глубинки, жутко стесняющейся своего богатого дядю и его роскошную невесту. Насколько у меня получалась эта роль — судить сложно. Сказала что с подружками сняла квартиру, чтобы дядюшке не мешать. Эльза я так поняла мою позицию одобрила. Но было ощущение что она все-таки что-то подозревает.

Слушаю Эльзу, и понимаю, насколько мы разные. Но обе очарованы одним мужчиной. Глупо это отрицать, я запала, да. Пусть безнадежно, и совершенно по-идиотски. Мне больно сознавать, что Островский никогда не будет моим. Что вот эта акула, выставляющая напоказ свою холеную внешность, для которой это главное — его судьба. А я — случайная ошибка.

* * *"

"На следующий день я добиралась в клуб на своем любимом байке. Завернув во двор, чтобы припарковаться возле черного входа, смотрю и глазам не верю.