Гончая смерти

На этот раз, когда он приподнял кепку и поприветствовал ее, она произнесла «доброе утро» и в голосе ее прозвучала легкая застенчивость. «Сегодня она привлекательна, как никогда», – подумал он.

– Отличный денек выдался? – бодро произнес Джек, проклиная себя за то, что говорит такую банальность.

– Да, просто восхитительный, – живо откликнулась она.

– Для сада, наверное, это хорошо?

Девушка улыбнулась, и на щеках ее появились обворожительные ямочки.

– Увы, нет! Моим цветам нужен дождь. Посмотрите, они все высохли.

Жестом она пригласила его подойти поближе, и Джек вплотную приблизился к низкой изгороди, отделявшей сад от игрового поля, и посмотрел на цветы.

– Но они совсем свежие, – произнес он и почувствовал себя неловко; ему показалось, что он сказал что-то не то: девушка смерила его взглядом, в котором проскальзывало сожаление.

– Солнце светит слишком ярко, – сказала она. – Цветы приходится постоянно поливать. Но, как видно, на вас солнце влияет благотворно – вы выглядите сегодня значительно лучше.

Ободряющий тон девушки вызвал у Джека прилив раздражения. «Будь оно все трижды проклято! – закипал он тихой яростью. – По-моему, она пытается исцелить меня внушением».

– Я совершенно здоров, – произнес он, еще более раздражаясь.

– Ну вот и прекрасно, – с живостью откликнулась девушка.

Он еще немного поиграл и поспешил на завтрак.

Сидя за столом, Джек уже не в первый раз почувствовал на себе испытующий взгляд человека, расположившегося с ним рядом. Это был мужчина средних лет, с энергичными чертами лица. У него была черная бородка, проницательные серые глаза и те легкость и уверенность в поведении, которые выдавали в нем профессионала высокого класса. Джек уже узнал, что фамилия его Левингтон, и краем уха слышал, что в медицинских кругах он известен как прекрасный специалист. Но поскольку Джек не мог вспомнить, когда он сам посещал Харли-стрит, эта фамилия ему ни о чем не говорила.

Но сегодня утром он не мог не почувствовать, что за ним наблюдают, и это не на шутку взволновало его. «А может быть, у меня на лице написано нечто такое, что привлекает внимание окружающих?»

Что, если этот человек в силу своих профессиональных способностей заметил, что с ним, Джеком, происходит что-то неладное?

При одной этой мысли Джек содрогнулся от ужаса. Что, если так оно и есть? Не сходит ли он действительно с ума? И что все это такое – галлюцинация или чья-то злая шутка?

Вдруг его осенило: ведь определить, что это такое, очень просто. Он же всегда во время тренировки был один. Но если бы рядом с ним кто-нибудь находился, не важно кто, то он должен был бы тоже услышать этот голос.

Джек решил не откладывать дело в долгий ящик. Левингтон как раз подходил для этой цели.