Гончая смерти

– В деле фигурировала фотография Фелиции Болт в семнадцать лет, – продолжал доктор. – Судя по ней, это была неотесанная крестьянская девушка крепкого телосложения. По этой фотографии никак нельзя предположить, что эта серая посредственность вскоре станет одной из самых известных личностей.

Спустя пять лет, когда ей было двадцать два, Фелиция перенесла тяжелое нервное заболевание, и по выздоровлении у нее начали проявляться очень странные симптомы, изучение которых произвело настоящую сенсацию в науке.

Личность, названная Фелиция Первая, была первым «я» Фелиции Болт, какой ее знали в последние годы. Она с ошибками и ужасным почерком писала по-английски, не знала никаких других языков и, уж конечно, с ее-то руками, не могла играть ни на одном музыкальном инструменте.

В отличие от нее Фелиция Вторая бегло говорила по-итальянски и довольно сносно по-немецки. Она прекрасно писала по-французски, разбиралась в политике и искусстве и страстно любила играть на пианино.

Фелиция Третья во многом была похожа на Фелицию Вторую. Это была умная и довольно хорошо образованная девушка, но что касается ее моральных качеств, то она была полной противоположностью Фелиции Второй. Это было в высшей степени развязное создание, усвоившее низкие нравы, но, что удивительно, не деревенской глубинки, а столичного полусвета. Эта до невозможности «расслабленная» девица говорила на таком отборном арго, что у исследовавших ее медиков уши сворачивались трубочкой. Она с ненавистью и презрением костерила религию и так называемых добропорядочных людей, называя представителей их мужской половины «скотами из скотов».

И, наконец, была еще Фелиция Четвертая – мечтательное, потустороннее существо, очень набожное, обладавшее наклонностями медиума. Но эта четвертая личность Фелиции Болт была какая-то более шаткая и иллюзорная, что наталкивало на мысль, что все это – проделки Фелиции Третьей, ее насмешливый протест против порядочной, доверчивой публики, искусная попытка одурачить ее. Что касается трех других личностей, то они были выражены очень отчетливо и проявлялись независимо друг от друга. Доминирующей, несомненно, была Фелиция Вторая, и ею Фелиция Болт, как правило, оставалась в течение двух недель, затем на день-два ей на смену приходила Фелиция Первая, а потом Третья или Четвертая, но последние господствовали не более нескольких часов. Каждое такое перевоплощение сопровождалось сильными головными болями, и за ними следовал продолжительный сон. После него девушка напрочь забывала о состоянии, в котором пребывала, и возвращалась к жизни в предшествующем состоянии точно с того момента, с которого происходил этот резкий переход. Она полностью утрачивала чувство времени и реальности.