Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала

Но он с уважением отзывался об отце, потому я не ждала подвоха или опасности от него.

— Проходите в гостиную, — я указала рукой на небольшой диван и пару кресел в стороне.

Но лорд покачал головой.

— Я узнал, что вы покидаете столицу.

— Да, — не стала скрывать очевидного. Хоть и было интересно, почему это лорд вообще заморочился найти такие сведения.

— Это вам, — лорд Хард величественно пересек коридор, сопряженный с гостиной, дошел до деревянного комода и оставил там черный бархатный мешочек.

— Что там?

Он постучал пальцами по комоду, но не ответил. Я сама подошла и развязала золотые тесемки.

Полный кошель монет. Целое состояние.

— Деньги… — выдохнула я.

— Да. Я не хочу, чтобы вы вдруг передумали и вернулись. Поэтому решил предоставить… хм… некоторую материальную помощь.

Я покраснела от стыда и злости. Да пусть мы не богаты, но нам с мамой всего хватало. А тут… меня словно пытались купить.

Стало мерзко, даже гадливо на душе.

Я ведь просто любила Торгарда, не за его положение в обществе, не за деньги семьи, а просто так… просто за то, что он есть.

— Заберите свои деньги.

— Не нужно так сразу отказываться. Вы, Талисса, еще слишком молоды, — высокомерно и холодно произнес лорд Хард. — Я навел справки о вашем материальном положении. И оно, так сказать, оставляет желать лучшего…

По его меркам, разумеется.

Я сжала кулаки. Хотелось выгнать этого лорда из моего дома.

— Очевидно по вашему мнению, — я не скрывала негодования. — Заберите деньги.

Но лорд делал всё по-своему. Он просто развернулся и пошел на выход, игнорируя мой желание.

Я закипала, меня унижала вся эта ситуация с деньгами.

— Я просто не хочу, чтобы вы помешали, — холодно бросил он через плечо.

— И чему же я могу помешать?

Он обернулся у самой двери, снова изучающе смотря на меня.

— Буду искренен с вами. Я люблю свою супругу и не хочу, чтобы она расстраивалась. А она решила породниться с семьей Лорсов.

Офелия была из семьи Лорсов.

Что к чему, стало понятно.

— Потому я не хочу, чтобы вы появились однажды в самый неподходящий момент на пороге нашего дома.

— Я не появлюсь, можете не сомневаться, — процедила я.

— Гордость — это похвально. Очень."

"— И заберите свои деньги, — я дошла до комода и схватила мешочек, уже направилась к лорду.

Но дверь распахнулась, и в дом вошла мама. Она улыбалась, а потом увидела лорда и резко стала серьезной, прищурилась.

— Кто вы?

— Это отец Торгарда, лорд Хард, — представила я мужчину.

— И что же отец… этого Торгарда делает у нас дома так поздно? — мать закрыла дверь и сложила руки на груди. Её спина была прямой как палка, а подбородок задран максимально вверх.

Сейчас она мне не напоминала простую горожанку, а саму настоящую аристократку благородных кровей.