2
0
- Очень больно? Или только неприятно? - все еще очень виновато спрашивает начальник.
Что-что?
Я все еще не понимаю. Точнее, наверное, понимаю, но поверить не в силах.
- Алена, не молчи, а то я переживаю.
- Вы…
- Давай на ты.
Убью.
Глава 72
- Алена? Аленушка?
Пользуясь тем, что я все еще ошеломлена, Лев наклоняется и целует в шею. Гладит, а затем крепко хватает бедра, а после и вовсе начинает вновь осторожно во мне двигаться. Наглость - второе счастье. Причем самое почему-то обидное во всей этой ситуации, что ощущения все равно захватывающие. Болезненно-приятно.
Хочу потребовать остановиться, и не могу, голос куда-то пропал, руки и ноги как ватные, и Лев продолжает бесчинствовать.
Кажется специально, чтобы не дать прийти в себя, Лев творит со мной такое, что глаза мои широко распахиваются, а дыхание вновь становится тяжелым, прерывистым и горячим. Очень жарко, я задыхаюсь. Выгибаюсь навстречу мужчине. Паника, боль, наслаждение, стыд, растерянность. Все смешалось воедино, и я не в силах прекратить происходящее.
Лев двигается все быстрее. резче, жестче. Это что-то дикое, первобытное. В какой-то момент заглянула начальнику в глаза, и увидела там безумное пламя желания.
И совсем уж неожиданно меня с головой, будто волной, вдруг накрыло куда большее наслаждение. Волны накатывают одна за другой, такие яркие, острые, всепоглощающие.
Лев двигается еще быстрее, кажется, скамья под нами уже трещит и вот-вот сломается, и вдруг также резко, в казалось бы пиковый момент, Лев быстро от меня отстраняется замирает на некоторое время, а потом расслабленно опускается на меня же. Ласково гладит мои мокрые волосы, целует в висок, щеки, губы, увлекается этим занятием, а я так и лежу под ним молча и вся дрожу от пережитых ощущений.
- Алена, - наконец, перестав меня целовать, Лев поднимает голову и внимательно на меня смотрит. - Ну ты как? Испугалась? Больно?.. Хорошо? Плохо? Ты ведь знаешь, что очень красивая и такая чувствительная.
Словно в доказательство своих слов, Лев проводит подушечками пальцев по моему животу, и кожа там тут же покрывается мурашками.
Дрожащими руками нащупываю под собой предательски сбежавшее от меня полотенце, пытаюсь им прикрыться.
- Алена! - кажется, Лев злится.
- Мне нужно выйти, здесь жарко, - каким-то чудом тихо, почти беззвучно произношу я, но Лев меня услышал, встал сам и помог подняться мне.
На мгновение обернулась на скамью и тут же отвернулась.
Начальник следует за мной в душ, где я, совершенно не обращая на него внимания, встаю под ледяные струи. Теперь я ощущаю спасительный обжигающий холод, наполняющий мое тело легкостью, а мысли ясностью.
Выключаю душ, берусь за полотенце…
- Испачканное, - опять еле шевеля губами, тихо говорю я и зависаю. Полотенце испачкано моей же кровью.
