6
0
Но нельзя было просто взять и уйти, не вызывав подозрений у этих людей, которые пока не чувствовали подвоха, проблема была в том, что я не знал, был ли похож мой голос на голос Ричарда, поэтому я лишь выдавил улыбку, коротко кивнув и быстро прошагав к лифту.
Собственными руками я подписывал смертный приговор себе и своей семье тем, что не мог сделать и шага в сторону от девушки, которая текла в моих венах расплавленными лучиками солнца.
К счастью или нет, но из тех газет, что я кропотливо и с огромным трепетом собирал о той семье, частью которой я никогда не был, я знал, где именно находится хирургическое отделение. Проблемой было то, что я не знал, что мне делать, когда двери лифта распахнуться и люди, работающие там, будут видеть во мне Рича, о чем говорил с ними мой брат? Как улыбался? И улыбался ли вообще? Лучшим вариантом было просто оставить сумочку на видном месте и уйти как можно быстрее.
И вот двери лифта медленно и плавно раскрылись, впуская меня в тот мир, о котором я видел когда-то сны и новая волна паники и боли резанула меня по живому, заставляя задыхаться. Я был чужим здесь.
К счастью в светлом коридоре, который тянулся далеко вперед, никого не оказалось, и, затаив дыхание, я быстро прошагал вперед до первого увиденного дивана, осторожно поставив на него сумочку Рози, уверенный в том, что скоро ее заметят и передадут в руки мед. сестричек.
Мне оставалось сделать всего лишь несколько шагов назад, ко все еще распахнутому лифту, когда дверь рядом раскрылась, но все, что я смог заметить это лишь светлые волосы, когда меня крепко обхватили сильные руки, прижимая к мускулистой груди.
- Бог ты мой!!!!!! Брат!!! Неужели смог выбраться?! Я знаю, что ты, гавнюк, будешь надо мной смеяться, но я вспомнил все молитвы, которые учил в детстве, пока вы пропали в этом гребанном клубе! Как ты?
Когда мужчина отстранился от меня, заглядывая в глаза, я понял, что начинаю дрожать, словно от лихорадки, окунаясь в чистые голубые глаза парня, которого я знал с детства, как родного…но лишь издалека.
Николас Холлидей. Тот самый ангел хранитель, который всегда был рядом с Ричем и Генри. С самого детства. Тот самый Ник, который таскал на себе пьяного до чертей Рича. Тот самый Ник, который проводил много времени с Генри, когда тот был еще подростком
…я все еще отчетливо помнил, как они бегали друг за другом по пляжу, толкая в воды дышащего океана, и как я смеялся, глядя на них в бинокль, словно мог быть рядом с ними. А я долгими ночами мечтал о том, что мы могли бы так бегать вместе…и они бы не стыдились меня, а искренне любили.
Капелька пота стекла по моему виску, когда распахнутые голубые глаза, наполнились болью.
Мне всегда искренне нравился этот парень. Он был как открытая книга.
