Голод 2

вобщем Рич и наш друг пытаются ее найти…

Голова шла кругом от полученной информации, когда после часа общения, я наконец заверил Ника, что смогу справится с Генри в случае необходимости, или позову его, отпустив Ника заполнять бумаги, и оставшись с братом наедине.

Поднявшись со своего места, я бесшумно прошагал за ширму, сев за головой Генри так, чтобы он не смог увидеть меня, даже если поднимется на ноги.

Теперь я знал аромат моего брата. Единая кровь текла в наших венах, собирая в себе свежесть океана и терпкость великого мужества.

Его мышцы иногда вздрагивали, но дыхание было глубоким и ровным.

Черные ресницы веером закрывали синие глаза, и я просто сидел, заворожено рассматривая его лицо, так близко, как не видел никогда. Генри оказался гораздо больше и шире, чем я себе представлял, и я улыбался мысленно, соглашаясь с тем, что Ник часто называл его Крепышом.

У нас было мало причин для радости…очень мало.

Рассказ Ника расставил все точки, все необходимые акценты и нам предстояло перенести очень много неприятного и болезненного.

-…но я буду рядом, брат…мы все будем рядом. Ты не упадешь, а станешь только сильнее, - прошептал я, в желании коснуться его волос, как врач, понимая, что это всего лишь лишние сантименты, которые в данном случае не давали совершенно ничего, кроме моего внутреннего чувства быть ближе к родной крови.

Неожиданно Генри дернулся во сне, хрипло застонав и запрокидывая голову.

- Генри… - как можно быстрее я выключил свет, перебираясь к нему, и осторожно снимая с него наушники, где все еще пели экзотически птицы, и журчала вода,- Генри, проснись.

Но он не открыл глаза, изогнувшись и издав душераздирающий крик.

Он кричал, задыхаясь так сильно и отчаянно, что вены на его шее выступили под кожей, и по холодным щекам текли слезы, когда я рванул к нему, не помня в тот момент себя.

- Спаси её!!!!!!

-Генри, проснись!...

- Умоляю, спаси её!!!!

- Генри, - это походило на беспамятство или галлюцинации, когда я дернулся вперед, ловя крепкое тело своего брата, не давая ему упасть с кушетки, и чувствуя, как его сотрясает крупная дрожь.

- Брат, помоги… - судорожно хрипел Генри, когда мы сползли на пол, обхватывая меня руками, не замечая, как я сам дрожал, сжимая в своих руках того, кого любил так же сильно, как своих родителей. Как мою Рози, - помоги….я убиваю её….каждую ночь…снова и снова я убиваю её…

- Всё в порядке, брат. Все будет хорошо, верь мне, - конечно, в тот момент Генри не видел меня и не понимал того, что я говорил от души, которая рыдала вместе с ним, - больше ты не убьешь её. Не будет крови, не будет боли. Ты научишься.