5
0
— Как утверждал один древний мудрец, «Даже если вы всерьез решили кого-то убить, ничто не мешает вам быть с ним вежливым», — негромко ответил старец. — А я так и вовсе не решил еще, будешь ты жить или умрешь.
Нам с тобой сейчас важно другое: земли, откуда ты родом, уже долгие годы под властью Пророка. Каждый рожденный с младенчества верен ему. Можешь даже не открывать рта, чтобы сказать иное. А это значит, что тебя не брали в плен. Тебя секли за покуда неведомую мне вину. А затем, в наказание, прислали сюда тайным лазутчиком.
— Это твое предположение, — хмуро проговорил Двузубый.
"— Конечно, — легко согласился Хранитель Знаний. — Всего лишь предположение. Или нет… — Он положил книгу на лежанку и устремил пристальный взгляд в скупо освещенное лицо Двузубого. — Тебе, несомненно, известно, что души людей, не упокоенных по обряду, так и блуждают в этом мире. Блуждают, ища возможности отомстить убийце.
Быть может, душа убитого тобой вчера здесь, в этой камере, гвардейца Пророка следовала за тобой по пятам этой ночью до Книжной Сокровищницы? Ты не думал об этом?
Он был твоим единоверцем, а ты не позаботился схоронить его, как велит завет! Быть может, увидев, как ты попался, душа Несокрушимого явилась на мой зов и с радостью поведала все то, о чем молчал заколотый тобой воин? Рассказала, к примеру, что знала тебя много лет и некогда, когда имела тело, обучалась с тобой вместе премудростям тайной войны.
Темное от природы лицо крепыша заметно побледнело.
— Ты говоришь правду? Хамид приходил к тебе?!
— Вероятно, ты хотел бы узнать другое: придет ли он сюда, — уголками губ улыбнулся старик. — Тебе будет лучше, если не придет.
— Он знал, что, если я помогу ему бежать, — в отчаянии воскликнул пленник, — мне придется уйти вместе с ним…
— А ты верен Пророку и свято исполняешь волю его, ибо когда-то он сохранил тебе жизнь?
Двузубый прикусил язык.
— Ты хочешь, чтобы я служил тебе? — после недолгой паузы спросил он.
— Зачем? У меня есть слуга, который помогает носить книги и готовить еду. Больше мне никто не нужен.
— Ты понял, о чем я спрашиваю.
— Я стар, но не настолько глуп, чтоб предлагать тебе это.
— Я сохраню верность Аттиле, даже если умру здесь. Так будет спокойнее, — жестко отрезал Двузубый.
Старец покачал головой.
— Вряд ли тебе удастся долго сохранять ему верность.
— Это еще почему?!
— Он стар и скоро умрет.
— Пророк никогда не умрет! — возмутился Двузубый.
— Аттила вскоре предстанет пред Творцом, что бы ты ни думал, — насмешливо заверил Библиотекарь. — Он старше меня на семь лет. А если быть точными, на семь лет, три месяца и две недели.
