Гнездо Седого Ворона

И если я что-нибудь понимаю в этом мире, такую подготовку могут давать лишь в одном месте: у пророка Аттилы, будь он неладен! А раз здесь появились его диверсанты…

— Кто?"

"— Диверсанты. Такие умельцы, как эти — глаза и уши врага в нашем стане, ядовитые семена, приносящие отравленные плоды. Так вот, если они уже здесь, то, стало быть, скоро за ними последует остальное воинство Пророка.

— Скоро? — бледнея, переспросил лейтенант.

— Думаю, очень скоро.

— Значит, необходимо отыскать убийцу, ослепить и оглушить врага! — Нуралиев пылал энтузиазмом. — Нужно срочно подготовить Трактир к обороне.

— Нужно, — Библиотекарь усмехнулся. — А также вернуть Лешагу и его драконида.

— Но это же против Закона, — как-то неуверенно возразил лейтенант, теребя застежку кобуры.

— Это верно, Закон — свят. Вопрос в том, будет ли он так же свят, когда не станет Трактира? У людожегов свой Закон, а по нему, если мы не пожелаем разделить счастье их веры и подвиг священной войны против всех инакомыслящих, мы уже приговорены к лютой смерти. Впрочем, ты, проливший кровь людей халифа, да к тому же сражавшийся в своем Павловбунке, уже дважды проклят, и нет тебе прощения.

— Это… — чуть не заикаясь, выдавил шериф.

— Да, ты прав, это послание Аттилы возлюбленным чадам своим. Второй столбец, шестая строка.

— Но откуда?..

— Читал, — хмуро отозвался Библиотекарь, жестко щуря глаза. — Давно когда-то. Мы должны вернуть Лешагу. Только он способен возглавить сопротивление и победить.

— Но почему? Почему он?! — обиженно отозвался Нуралиев. — Почему не я, не кто-то из стражей, не вы, в конце концов?!

— В прежние времена этот вопрос задавали тысячи тысяч раз: почему одни полководцы побеждают, другие, столь же знающие и умелые, терпят поражение? Умные люди нашли много ответов. Да толку от них никакого. Из многих огрызков целого яблока не сложишь.

А ответ прост, хотя многим в это не хочется верить: потому что люди не равны друг другу. Не потому, что одни лучше других, они просто разные. Особенно в том, что называется удачей.

Лешага вырос для того, чтобы побеждать. Иначе он не умеет. Ты можешь в это верить, можешь не верить — твое дело. Но вряд ли тебя обрадует, если я скажу, что неверие твое не продлится долго. Если ты станешь упорствовать, оно развеется смрадным дымом вместе с тобой, причем очень скоро.

Глава 16

Седой Ворон укоризненно покачал головой, останавливая схватку.

— Стойте, олухи деревянные! Не надо так жестко принимать удар. Я вас этому не учил.