5
0
– Слушай, Лен, а может, и не нужно Славке все рассказывать? Он же знает, что тебе все равно нужны документы, вот пусть и сделает, на любое имя.
– Зачем же на любое имя, если все родственники Лики погибли? Она теперь может заявить свои права на полном основании, она ведь является живым человеком, – раздался голос Вячеслава, и девушки, как по команде, завизжали от неожиданности.
– Слав, ты, ког… когда приехал? – заикаясь, пролепетала Марина, испуганно глядя на Вячеслава.
– Уже минут пятнадцать вашу беседу слушаю, – усмехнулся мужчина. – Я сразу понял, что ты, Анжелика, имеешь какое-то отношение ко всему, что начало с Гориными происходить.
Лика смотрела на мужчину совершенно спокойными глазами, а у Марины они все больше и больше расширялись. Она повернулась к Лике и сказала:
– Что я тебе говорила? Мне давно показалось, что он что-то подозревает!
Мужчина сел рядом с девушками на диван и, очень серьезно посмотрев на Анжелику, сказал:
– Давай-ка, расскажи мне все по порядку, а там решим, что делать дальше.
– Мне нужны документы, чтобы уехать в Испанию."
"– Это я уже слышал, сделаем, – махнул Вячеслав рукой. – Ты о другом мне расскажи. Что с тобой было и как все это случилось? Я знаю только то, что было написано в газетах, а как все произошло на самом деле, должна рассказать ты сама.
– Хорошо, – покорно кивнув головой, ответила девушка и начала свое повествование с того момента, когда она очнулась в каком-то загородном доме, в подвале.
– Я сначала не понимала, где я и что со мной. Только на третий день я увидела Кирилла с Игорем и все поняла.
– Через неделю ее заберут, не волнуйтесь, – сказал тот человек на ломаном русском. – Ажан знает свое дело. Ажан собаку на этом съел. Девочка хорошая, вах, Ажан неплохо на ней заработает, – засмеялся он.
– Только чтобы подальше от Москвы, – сказал Игорь.
– Не волнуйтесь, братья, ее увезут далеко, дорогу домой не найдет, – ответил Ажан.
– Я поняла тогда, что мои кузены просто-напросто продали меня, чтобы потом этот человек отправил меня в бордель. Потом потянулись дни ожидания. Я, если честно, все ждала, когда придут меня насиловать или еще что-то делать, только почему-то ничего не происходило. Почему меня никуда не везли, не могу сказать, не знаю.
