6
0Я хочу домой, – повторила я упрямо и пулей выскочила из комнаты.
Миновав коридор, я подбежала к входной двери и попыталась ее открыть, но многочисленные массивные замки не позволили мне это сделать. Осознав, в какое безвыходное положение я попала, я зарыдала и принялась колотить в дверь ногами и руками.
– Прекрати реветь, а то я прострелю тебе башку, – послышался за моей спиной чужой холодный голос. – Мне это ничего не стоит, поверь.
Обернувшись, я с ужасом увидела направленное на меня дуло пистолета и тут же прекратила реветь.
– Не надо, – покачала я головой и горько всхлипнула.
– Не буду, если ты будешь себя хорошо вести. Все зависит только от тебя.
– Что я должна сделать?
– Вернуться в спальню.
– Хорошо. Только убери пистолет.
– Мне кажется, что ты с ним больше меня понимаешь.
– Я буду понимать тебя и без пистолета.
– Ладно, только предупреждаю, что я верю на слово только один раз. Второго раза не будет.
Вернувшись в спальню, я легла на кровать и, заливаясь слезами, попыталась разжалобить мужчину, прилегшего рядом.
– Меня дома потеряли. Волнуются. Ведь я даже никого не предупредила, что уеду.
– А кого ты должна предупредить?
– Маму, сестру…
– Малышка, ну что ж теперь делать, если так получилось. Такая большая девочка, а знакомишься с незнакомыми дядями, да еще и к ним в машину садишься. Я вот никогда в жизни не выпью с человеком, которого не знаю. Все мы в этой жизни чему-то учимся. Вот и тебя жизнь научила, что можно делать, а что нельзя. Иди ко мне, а то я уже успел проголодаться. Я сегодня ночью тобой не насытился. Будь со мной потеплее, а то ночью ты холодная была, сонная.
– А потом ты меня отпустишь?
– А потом будет суп с котом, – так и не ответил на мой вопрос этот крайне неприятный тип и схватил меня за грудь."
"Закрыв глаза, я пыталась отвлечься от мысли, что сейчас я ублажаю совершенно незнакомого и неприятного мне мужчину. Я знаю о нем только то, что его зовут Олег. А еще я с трудом сдерживала слезы, так как понимала, что они могут его вывести из себя, и тогда может случиться непоправимое. Зачастую плачущие женщины раздражают мужчин, а особенно тех, кто умеет заставлять женщину исполнять свои желания, прибегая к оружию. Я сдерживала слезы и почему-то представляла перед собой Лешку, несмотря на то что между нами все было кончено. Я вспоминала Лешкины поцелуи и его слова о любви, нежность, страстные объятия и чрезмерную ревность. Иногда мне казалось, что он ревновал меня даже к солнцу, которое светило, и к окружающему миру.
Я отдавалась незнакомцу и думала о человеке, которого я когда-то так сильно любила. Теперь, после всего, что произошло, я понимала, что в наших с Лешкой отношениях было слишком много хорошо замаскированной лжи.
