6
0И тогда Фил пошел к отцу и рассказал ему правду.
Он слышал весь разговор, но молчал, не хотел сдавать сестру. Флора звонила Ирине из магазина у метро. Филипп туда пошел за какими-то покупками, увидел сестру, она не одна была, а с их одноклассницей. Уж не помню, как подругу звали, вроде Аня или Таня. Простое имя. Брату стало интересно, с кем Флора беседует, он незаметно встал неподалеку и все слышал.
Петр Филиппович встретился с этой Аней-Таней, потом устроил дома разбор полетов. Флора попыталась применить свою обычную тактику:
– Ой, не помню, это не я, а Сонечка!
У психиатров, как правило, нечеловеческое терпение, Петр вызвал в кабинет Филиппа, тот в глаза сестре выложил правду. Разразился жуткий скандал, который за пределы дома не выплеснулся, но старший Зеленов тогда впервые понял: за Флорой нужен глаз да глаз, и нанял меня.
Надежда махнула рукой.
– Не стану перечислять, чего я от «Сонечки» натерпелась. Через неделю я решила сбежать от Зеленовых. Но потом поняла: пасовать перед Флорой нельзя, я не допущу, чтобы она меня под себя подмяла. Я же дипломированный психиатр, начала проводить свою политику и добилась некоторого успеха. Постоянно давала понять противной девице – она врет, нет у нее никакого раздвоения личности. С Ксюшей мы состояли в хороших отношениях, но не дружили. А с Филом…
Рассказчица замолчала, потом продолжила:
– У нас с ним начался роман. Самый настоящий, взрослый. У Зеленовых был дом за городом. Они там жили только летом. Остальное время особняк был закрыт, при нем имелся домик для гостей. Филипп потихоньку сделал дубликаты ключей от гостевого дома. Мне один раз в неделю давали выходной. Я после смены в клинике мчалась в Подмосковье, там меня уже ждал Фил. Мы были молодые, кровь кипела, я старше, да ненамного. Хорошо нам с ним было. Один раз занимаемся сексом, ничего вокруг не замечаем, и вдруг смешок:
– О-о-о! Чего брат умеет!
Меня как ошпарило, Филипп вскочил, даже не завернулся в одеяло. А в комнате Флора стоит, улыбается.
– Я обзавидовалась, какая страсть! Можно к вам третьей?
Филипп закричал:
– Тебя не звали, убирайся!
Наглая сестра даже не шелохнулась."
"– Это не твой собственный дом. Общий. Когда хочу, тогда и приезжаю. Отказываетесь меня взять в свою компанию? Жаль. Значит, я уезжаю и направляюсь прямиком к родителям. Спасибо, Надька, что под Фила легла, наконец я от тебя избавлюсь.
И умчалась. Я представила, что отцу Петр Филиппович и Майя скажут и как потом папа мне вломит, и заплакала. Филипп на голое тело брюки натянул и за дверь.
У меня истерика приключилась, я долго рыдала, потом умылась, оделась и убежала, любовника не дождалась. Всю ночь не спала, боялась, что Петр Филиппович моему отцу позвонит. Но он не позвонил.
