10
0
Иван с разворота ударил Алтынного ногой в лицо:
– Сволочь! Зря тебя с ними не застрелили!
Коллежский асессор оттащил его от пленника:
– Связанных бить нехорошо. Уймись.
– А душить хорошо?
Волкобой чуть не плакал, вырываясь из рук Сергея. Что это с ним? Вспомнил про убитых родителей? Однако истерику пора было кончать. И Лыков крикнул во все горло:
– Тихо!
Все замерли. Алексей Николаевич заговорил намеренно деловым тоном:
– Два трупа и пленный – следует доставить их властям. А у нас времени в обрез. Где тут ближайший полицейский чин находится?
– Урядник квартирует в Амгинском селении, это еще два-три дня пути, – ответил Иван. – Лучше вернуться в Татту. Там улусный центр, и телеграф есть, голова вызовет полицию.
– Собираем эту дрянь и едем. Но сначала допросим пленного.
Лыков поднял Алтынного за бороду и поставил перед собой:
– Отвечать быстро и правдиво. Иначе повезем в улус трех мертвяков, а не двух. Понял меня, скотина?
– Так точно, ваше высокородие.
– Кто вас послал?
Бандит ответил без раздумий:
– Александр Созонтович распорядился.
– А как он выследил нас? Как вы узнали наш маршрут?
– Эта… ваше высокородие… Сам-от я не ведаю, Кабысдох был за старшего…
Сыщик вынул из чехла финку и поднес к шее фартового. Тот побледнел:
– Вашество… за что? Я правду говорю!
– А мне видно, что ты врешь. Алтынный, твоя жизнь сейчас и копейки не стоит, не то что алтына. Кто узнает, что ты сдался живым? Мои спутники никому не скажут. Готов жизнь положить за Сашку Македонца? Ему так и так конец. Если я взялся, то доведу дело до конца; считай, он уже покойник. Ну? Там, в горах, мы пленных брать не будем. А здесь… Считаю до одного. Раз!
Бандит затараторил как из пулемета:
– Писарь областного правления Ошметкин следил за вами. Он куплен Сашкой, навроде шпиона от нашего прииска. Приезжих глядит, все нужное сообщает… Через инородцев у них почта отлажена.
– Жили вы где? – продолжал давить статский советник, не убирая ножа.
– На постоялом дворе Черемухина. Завсегда там останавливаемся, хозяин проверенный, сам из каторжных.
– Трое вас было? Или кто в городе остался?
– Трое, ваше высокородие. Людишек у Александра Созонтовича наперечет, больно-то не разбросаешься…
– Ну живи, – разрешил статский советник, убирая финку. – На допросе в полиции все, что сейчас сказал, подтвердишь. Если пойдешь в отказ, приеду и душу выну без анестезии. У меня тут два свидетеля, учти.
Караван, усилившийся тремя лошадьми, двинулся в обратный путь. Две трофейные лошади везли покойников, на третьей катил Алтынный. Руки ему развязали, чтобы не свалился с седла, но пригрозили застрелить, если попробует сбежать.
Волкобой спросил у статского советника:
– Алексей Николаич, но как вы их учуяли?
– В турецкую войну я служил в пешей разведке.
