Адский прииск

Кудрявый встретил сыщика крепким рукопожатием:

– Экая у вас борода отросла! Не узнать.

– Для этого и завел, чтобы не узнавали.

– А где Сергей Манолыч?

– Бандитов ловит.

Рыбушкин снисходительно улыбнулся:

– Какие в этой деревне могут быть бандиты? Уголовная ссылка мелкая: клюквенники[49], богохульники да сектанты. Серьезных фартовых сюда не направляют.

– Они сами направляются, – в тон ему ответил сыщик. – Давеча мне попались беглые с каторги, на улице средь бела дня. Шпилев по кличке Достань Воробушка и Семикоровкин по кличке Мурин. Знаешь таких?

– Слышать слышал, лично не встречал. И что?

– Человека они застрелили, когда от нас убегали. Теперь полиция не успокоится, пока их не поймает. Начнутся облавы, проверки документов.

Петр пожал плечами:

– Бумаги мои в порядке, поведения я неприметного… В Якутске вот-вот откроется летняя ярмарка, днями она переезжает из Маги. Народу сойдется – тьма. Затеряюсь.

– Купи хоть для виду бивень мамонта, – подначил партнера Лыков. – Ты же торговец костью.

– Две пары уже приобрел, – хохотнул Кудрявый. – Тяжелые[50]! Собираюсь уехать в верховья Колымы, там поспрошаю.

После этого разговор перешел в деловое русло. Петр рассказал, что встретился с Сарэлом Тихоновым и получил через него очередное письмо с прииска. Михаил Рудайтис сообщал, что жив, но положение его делается все тяжелее. Из пределов лагеря его теперь не выпускают даже погулять. Общаться с горбачами дают, но всегда рядом кто-то из людей атамана. Завербовать союзников в таких условиях трудно, почти невозможно.

Еще брат «ивана иваныча» прислал план расположения лагеря и указал, где именно старатели Кожухаря моют золото.

Главный лагерь Македонского прииска располагался на берегу Кухумана (в письме почему-то было сказано иначе – Сусумана), в ста саженях от его впадения в Берелёх. От реки уходила к горам широкая плоская равнина, поросшая кустарником и кое-где лиственным лесом. До гор было не менее пятнадцати верст. С них стекали к Берелёху левые притоки: Тахси, Амбархо, Талон, Челбанья, Верхний и Нижний Нексиканы, перемежавшиеся болотами.

И горбачи, и охрана – все жили кучно. У рабочих имелось пять балаганов, сколоченных из сухостоя. Отдельно стояли баня-прачечная и кухня. Фартовые поселились в двух рубленых избах. Штаб занимал меньшую из них, которая оседлала небольшой холм. Оттуда было видно все, что творится вокруг, а подступиться к избе незаметно представлялось маловероятным. Кустарник вокруг нее Македонец приказал вырубить. В штаб входили сам атаман и четверо его ближайших подручных – матерые убийцы. Там же находились пулемет, запас бомб и хранилище добытого золота.

Во второй избе, рядом с балаганами старателей, квартировали рядовые бандиты.