2
0"
"– Я перестал открывать окно, и одна бабка задохнулась, потом, наоборот, пошире распахнул его, и вторая замерзла. Теперь я свободен.
– Приходько! – возмутилась я. – Что ты несешь!
– Шутка, – сказал Федор, – но в каждой шутке есть крошка правды. Знаешь, что мне кажется? С Игорем Веневым что-то не то в операционной происходит.
– Спиной ощущаешь? – хмыкнула я.
– Нет, мозгом, – на полном серьезе ответил Федор, – аппендицит полдня не удаляют. Спина мне другое подсказывает.
Я взглянула на большие часы на стене и забеспокоилась. Приходько прав, удаление аппендикса не пересадка сердца.
– Спина мне говорит: дело Осипа нехорошее, мы еще с ним накувыркаемся, – завершил Приходько и ушел.
– Он ведь соврал? – поинтересовалась Аня. – Его бабушки живы? Мои, конечно, не сахар, но пусть подольше поживут.
– Конечно, Федор наболтал глупостей, – все сильнее нервничая, ответила я, – не надо думать, что все взрослые люди умные и совершают исключительно правильные поступки. В твоем классе есть балбесы?
– До фига, – захихикала Аня.
– Ну и кто вырастет из этих дураков? – вздохнула я. – Говорят, талантливый человек талантлив во всем, так вот, с идиотами, на мой взгляд, та же история.
Глава 17
Примерно через час после того, как Аня увела домой по-прежнему отчаянно споривших старух, я решила поискать старшего Венева, пошла по коридору и наткнулась на большие двери с красной табличкой «Операционный блок». Вход стерегла медсестра, она сидела за столом и бойко стучала по клавиатуре.
– Туда нельзя, – не отрываясь от увлекательного занятия, сообщила девушка.
– Подскажите, как чувствует себя Игорь Венев? – поинтересовалась я.
Руки медсестры замерли.
– Кто?
– Игорь Григорьевич Венев, – уточнила я, – его привезли с аппендицитом и сразу положили на операционный стол. И где сейчас отец больного?
– Не знаю, – испуганно ответила медсестра, – поговорите с врачом! Алексей Николаевич, к вам насчет Игоря Венева.
Мужчина лет тридцати пяти, очень кстати вышедший из оперблока, посмотрел на меня.
– Вы родственница?
Я вынула из кармана служебный документ. Не липовую книжечку, сообщающую о моей работе секретаршей в малоизвестной конторе, а настоящее удостоверение сотрудника бригады.
– Понятно, – кивнул хирург, – мы сделали все возможное, но наступил летальный исход.
Я вспомнила про спину Приходько.
– Оперировал наш заведующий, Михаил Иванович Вишнев, я был на подхвате, – добавил Алексей Николаевич.
– Игорь запустил болезнь? – уточнила я. – У него был перитонит?
Алексей Николаевич покосился на медсестру, открыл дверь кабинета и сказал:
– Заходите, не в коридоре же нам беседовать.
