Но вот беда: женщины от него не беременели. Через какое-то время у «китайца» сложилась система: с одной «невестой» он жил, пытаясь зачать ребенка, а две-три других служили запасным вариантом.
Когда Сяо Цзы понимал, что «жена» не способна родить от него, он спокойно убирал ее и начинал «семейную жизнь» со следующей.
Даже Чеслав растерялся, услышав его обстоятельный рассказ. Сяо Цзы ничего не скрывал.
– Моя вера велит говорить исключительно правду, – сообщил он, – ложь портит карму.
– Как ты их убивал? – спросил шеф.
– Я отправлял любимых в рай, – поправил его Харитонов, – на земле их ждали одни мучения.
– И как ты это делал? – стукнул кулаком по столу Чеслав.
– Сначала проводил обряд очищения, а потом ставил печать дракона, – пояснил Харитонов, – мне ее Николай оставил.
Совершенно не смущаясь, Эдик вынул из кармана футляр, в котором лежал предмет, отдаленно напоминающий авторучку.
– Они ушли счастливыми, – повторил Харитонов, – без страданий.
Харитонова, несмотря на его закидоны, признали вменяемым, судили, приговорили к пожизненному заключению и отправили в спецтюрьму. Через год Эдуард скончался и был похоронен на местном кладбище."
"«Авторучка» оказалась древней, эксперт не смог сказать, сколько лет орудию убийства. По сути это был инжекторный шприц, которые современная медицина начала применять лишь за несколько лет до поимки Харитонова. Инъекция делалась не при помощи иглы, снадобье поступало в тело под давлением, никакого следа, кроме синяка в виде дракона, не оставалось.
– Исследовав содержимое «шприца», я могу предположить, что вещество имеет отношение к яду змеи, – не особенно уверенно произнес эксперт, – только не спрашивайте какой! Это не кобра, не гадюка, не эфа. С таким я впервые сталкиваюсь. Древние китайцы – гениальные люди!
Когда Чеслав завершил рассказ, я тут же спросила:
– А куда подевалась «ручка»?
– Лежит в нашем хранилище, – ответил шеф.
– Точно? – не успокаивалась я.
– Непременно проверю, – сказал Чеслав.
– Все улики по делам, которые проходили через нашу бригаду, сгруппированы в одном месте, – пояснил Димон, – на складе, под присмотром Горыныча.
– Кто такой Горыныч? – удивилась я.
– Потом об этом, – буркнул Чеслав. – Значит, Осипа лишили жизни при помощи печати Харитонова. Но это невозможно!
– Эдуард давно покойник, – подхватил Димон, – в прессу его история не попала.









