– Человек, – пожал плечами Коробков.
– Нам сказали, что ваш сын хотел приобрести квартиру, – вмешалась я, – в старом московском районе, но сделка затормозилась!
Григорий вынул из кармана сигареты.
– Не возражаете?
– Пожалуйста, дымите сколько влезет, – милостиво разрешила я, – и одновременно слушайте! Куклина не хочет уезжать, и фиг бы с ней! Можем предложить вам чумовой вариант! Такой же дом, как у Тамары Владимировны, квартира огромная! Не коммуналка! Нам с мужем ее содержать не по карману, а вам подойдет.
Венев щелкнул зажигалкой.
– Ребята, вы чего-то напутали!
– Нет, – включился в игру Димон, – нам Мотя про вас рассказала.
– Мотя? – поразился скупщик.
– Соседка Куклиной, – уточнила я, – мы… э… дружим. Семьями!
Григорий Игоревич деликатно отвернулся от нас и выпустил струю дыма в открытое окно.
– Я с ней не знаком.
– Она Матрена, – поправила я, – да ладно вам! Игорь хочет купить квартиру в центре для дочери! А мы мечтаем свою продать.
– Ребята, вы чего-то напутали, – уточнил Венев, – сын живет со мной.
– Не перепутали, – не приуныл Димон, – постеснялись мы сказать про его любовницу и новорожденную.
– Мы для себя стараемся, – подхватила я, – не в том суть, кому метры нужны, главное, они у нас имеются! Зачем вам с Куклиной бодаться? Оцените наше предложение!
Венев откашлялся.
– Ребята, тут нестыковочка. Игорь не женат, ни любовниц, ни детей не имеет. У меня хороший дом, зачем ему хоромы в Москве, да еще в центре? Парень там задохнется!
– Избушка около свалки не лучший вариант, – выдвинул новый аргумент Коробков.
Григорий обвел рукой комнату.
– Эта, что ли? Так мы здесь и не живем, вы в офис мой приехали. Я построил коттедж в лесу, подальше от Давыдова.
– Старьевщики так много зарабатывают? – не выдержала я.
Григорий развеселился еще пуще.
– Ну, ребята, вы даете! Я приобретаю винтажные вещи, реставрирую их и продаю в своем магазине, владею парой торговых точек.
– Это законно? – поразился Димон.
– Одни люди выбросили зеркало, другие его подобрали и мне принесли, я заплатил назначенную сдатчиком цену, реставрировал свое приобретение и продал. В чем криминал? – спокойно сказал Венев.









