Гаран вечный

Ты постоишь на страже?

Он кивнул, а Дзианта стала внимательно рассматривать веревки. Они были тонкие, шелковые, а бусинки белые, голубые и красно-оранжевые. Она пропускала их через пальцы взад и вперед.

Ощущение… ненависть… жгучая, смертельная ненависть, как будто эти шелковые веревки превращаются в змей и хотят нанести ей смертельный удар, если она попытается прочесть то, что они хранят. Со вскриком она отшвырнула прочь этот моток веревок.

— В чем дело?

Дзианта не ответила. Она держала руку ладонью вниз над всем этим клубком. Своим мысленным зондом она пыталась узнать, что служило источником излучения той ненависти, которая встретила ее первую попытку.

— Их… их недавно брали в руки. Брал кто-то, кто так полон ненависти и злобы, что теперь эти эмоции экранируют все. Пока я не разрушу их, ничего не могу поделать.

Он тяжело опустился на скамью, прислонившись спиной к стене, закрыв глаза. Вместе с закрывшимися глазами с его лица исчезли островки жизни и Дзианта содрогнулась, стараясь побыстрее отвести взор. Как будто в комнате был мертвец. Сколько же времени он может поддерживать Турана в полуживом состоянии?

Кто же это сделал? Ты можешь узнать?

Она снова взяла клубок в руки.

Сильные эмоции затрудняли прием впечатлений. Она сложила веревки в компактный пакет, поднесла его ко лбу, стараясь подавить все, кроме изображения, которое она хотела получить.

Зуха, да, ошибки не было, это она. Высший Консорт. Но было еще другое присутствие. Она поискала имя, внешний облик, чтобы Туран мог узнать по описанию того, чье присутствие она ощущала. Ненависть и озлобление Зухи — они были сильны и как волны обрушивались на Дзианту, но она терпела и искала.

— Зуха, — сказала она.

 — Но есть кто-то другой. Зуха приводила кого-то, чтобы получить информацию, но они ничего не достигли. Зуха была очень зла, она что-то очень хотела найти здесь. Она… я думаю, что она взяла некоторые из шнурков с собой, те, что считала наиболее важными.

— Если мы вскоре не найдем карту… — его мысль растаяла у нее в мозгу.

Время — она не могла победить время. Дзианта опять собрала все шнурки вместе. Если бы она имела часы, может дни, она бы разобралась в этом. Но у нее нет времени. Необходимо найти другой путь. Достаточно было взглянуть на Турана, чтобы понять это.

Остров, поднявшийся из морских глубин, и где-то на нем двойник того камня, такой же фокусирующий камень. Их камень связан с тем камнем, а они сами прикованы к своему камню. Если они не смогут разрушить эти связи, Туран должен будет умереть снова и она тоже — от рук Зухи — и смерть будет очень мучительной.

Многие предполагают, что после кончины бренной оболочки человека еще остается какая-то доля его интеллектуального облика. Обладающие способностями сенситивы уверены в этом.