Гаран вечный

Словно лес из мертвых, злых деревьев стоял вокруг… Заполненных цилиндрических контейнеров было, без сомнения, значительно больше, чем поддельных ифтов, встречавшихся на дорогах. Похоже, здесь формировалась настоящая армия. Но в кого же они превратятся потом, эти спящие матрицы существ, только внешне напоминавших ифтов. Кто они? Ифты, изменившиеся под злобным влиянием ЖДУЩЕГО? Или… — у Айяра перехватило дыхание, — или это выходцы из древних времен, попавшие в плен к ларшам?.. Сможет ли кто-нибудь снова вернуть их к подлинной жизни? Айяр заглянул в контейнер: человек-инопланетник внутри не подавал никаких признаков жизни.

Где же ОНО, это проклятое ЖДУЩЕЕ, которое правит здесь всем? Где разыскивать ЕГО вверху или внизу? И куда ведут эти норы — под холмы или, может быть, под каменные стены долины? Главное сейчас — вовремя заметить пластины, чтобы не попасть впросак… Да вот и они, и совсем рядом! На этот раз Айяр не стал разрушать их, а осторожно, почти вжимаясь в пол, прополз точно посередине узкого пространства, разделяющего пластины… Почудился запах, напоминающий о чистом и остром лезвии ножа, легко рассекающего вонючую паутину келрока. Айяр остановился. От ифта не укроется запах растений. Он ведет его, он необходим, как чувство пути… Как нужен был Айяру запах долины, где он покинул уснувшую Иллиль… Внезапно почувствовав прилив бодрости, Айяр двинулся на запах. Его движения были быстры, но не беспечны: забывать об опасностях нельзя. Иначе он рисковал свернуть себе шею, свалившись в предательскую шахту. Лестницу заменял пологий спуск. С каждым шагом вокруг Айяра усиливался знакомый запах — запах настоящей жизни. Только… — первоначальное радостное возбуждение Айяра угасло, заглушенное природной осторожностью: вдруг пришло сознание того, что сейчас должна стоять зима, а пахло — пахло весной! Проверяя себя; он глубоко вдохнул. Так и есть: ноздри затрепетали от манящего аромата молодых листьев. «Похоже, — подумал Айяр, — на своей территории ТО-ЧТО-ЖДЕТ управляет даже сменами времен года…» Чтобы выйти на открытое пространство, ему пришлось еще дважды пробираться ползком между хрустальными пластинами. Зато теперь снизу поднимался упоительный аромат, сравнимый только с запахом самого Ифткана. И свет — серебряный, лунный, ласковый… Этот свет благодарно воспринимали усталые глаза Айяра, а к телу, словно омываемому целительными волнами, снова возвращались силы. Айяр медленно расслабился: он все-таки дошел.