3
0К нему приближается медсестра:
– Как себя чувствуете?
– Вроде лучше. Пить охота.
Медсестра поднесла к губам поильник. Андрей осушил бы его весь, но позволили ему только три глотка:
– Пока хватит.
– Я в больнице?
– Именно так.
– Кто меня сюда привез?
– Да ваши товарищи. Три дня тут ходили, надоедали.
– Три дня? А сколько я здесь?
– Сегодня пятый день.
Андрей удивился: ему показалось, что все случилось только вчера.
– Оружие мое где?
– Не знаю. Нам в отделении только оружия не хватает. Кончилась война, милок.
– Для кого как.
Немилосердно хотелось есть, в желудке сосало.
Медсестра вышла, и Андрей скосил глаза.
На соседней койке лежал мужчина лет сорока, его голова тоже была в бинтах. В руке он держал газету.
– Меня Андреем зовут.
– Я знаю. На спинке кровати листок висит, там написано. А меня – Николаем.
Андрей посмотрел на противоположную сторону кровати. Там, в специальной рамочке висел листок бумаги, на котором была указана его фамилия, дата поступления и стоял диагноз.
– Мы в какой больнице?
– В Первой Градской.
– Я правда здесь пятый день?
– Вот чудак-человек! Зачем же Екатерине Львовне тебя обманывать?
– Так медсестру зовут?
– Угадал. Ты как вообще здесь оказался?
– Не помню, – слукавил Андрей.
– Ну да, при черепно-мозговых травмах так бывает. А как выздоравливать начнешь, память понемногу восстановится.
– Долго ждать?
– Я не врач, у каждого по-разному. Вот завтра будет обход – спроси сам.
– Есть охота. Как тут с этим?
– Обед ты уже проспал, ужин через час.
– Кормят как?
– Как везде в больницах. С голоду не помрешь, но и не потолстеешь, – сосед хихикнул.
– Я-то сюда по дурости попал, через пьянку. Ехал электричкой из Подлипок, спрыгнуть решил, чтобы путь сократить, не с вокзала идти. Прыгнул – да башкой в столб.
– Повезло!
– Почему же повезло?
– Пьяным и дуракам везет. Нормальный человек насмерть убился бы.
Дверь в палату тихонько отворилась, и в проем как-то боком прошел-протиснулся опер Сергей. Он приложил палец к губам.
– Привет, Андрей, – шепотом произнес он. – Тут такие медсестры – ужас! Хоть в караульные бери, мышь не проскочит. Я на минутку.
– Садись."
"– Это тебе. – Сергей положил на прикроватную тумбочку бумажный кулек с конфетами-подушечками, и несколько яблок.
– Как ты?
– Башка пока как не моя.
– Конечно! Мы вообще вначале подумали, что ты уже мертвый. Ой, прости, с языка сорвалось.
– Оружие мое где?
– Где же ему быть? В отделе.
– А Абросимов?
– Его апостол Петр допрашивает. Завалил ты его. Наповал, прямо в сердце.
– Ага… – как-то неопределенно произнес Андрей. Он немного успокоился. Главарь не ушел, и оружие он не утерял, не опозорился.
– В отделе как?
– Выздоровления тебе желают. Гиви тебе привет передает. Он уже ходит, скоро выпишут.
