5
0
За моей спиной в это время, уже не сдерживая крика ужаса, бросилась бежать прочь подруга. Я кинулась было следом, но через два шага запуталась в собственных юбках и упала на колени. А Натали уже почти скрылась из виду…
– Постой! – окликнула я ее, уже не боясь быть услышанной Лизаветой, но подруга бежала в панике и не разбирая дороги. Причем бежала в противоположную от дороги сторону – туда, где лес был еще чернее и гуще.
Поднявшись на ноги и не оглядываясь больше на избу, я побежала следом. Впрочем, Натали я все равно не догнала.
Глава двенадцатая
Не меньше часа я бродила меж стволами сосен в отчаянных попытках отыскать Натали. Возможно, я уже сама заблудилась и не смогла бы найти дорогу, но меня гораздо больше беспокоило, что где-то здесь, в этом лесу, так же бродит моя подруга – напуганная и замерзшая. Которую я, по глупости своей и безрассудству, втянула в эту историю. И что совсем рядом с нею, возможно, находится женщина – то ли одержимая некой оккультной верой, то ли вовсе сумасшедшая. Которую Натали боится и считает ведьмой.
– Натали! – снова позвала я, надрывая охрипшее от криков горло, но ответом мне была лишь мертвая тишина, которая уже сводила меня с ума.
Я в очередной раз споткнулась о какую-то корягу и ударила ногу столь сильно, что мне очень захотелось расплакаться – признать свое бессилие и сесть прямо здесь, чтобы просто ждать помощи. Однако мысль я эту почти сразу отогнала, тем более что рассмотрела впереди довольно высокий пригорок – возможно, оттуда я увижу Натали.
Подругу я не увидела. С пригорка вела только одна дорога – узкая, едва намеченная тропка, которая терялась среди черных могильных крестов и потрескавшихся надгробий… Тропка вела на деревенское кладбище. Как ни пыталась я мыслить трезво, но вид широко расстелившегося под пасмурным небом кладбища побуждал меня к единственному – как можно скорее уйти прочь.
Инстинктивно я метнулась в сторону, сделала шаг и снова споткнулась. Не удержала равновесия и опять упала коленями в рыхлую землю, усыпанную хвоей. Ругая на чем свет стоит и свою неуклюжесть, и ботинки с узким каблуком, недавно еще любимые, а пуще всего злодейку-судьбу, приведшую меня в эту треклятую усадьбу, я оперлась рукой о крупный камень… И лишь когда кое-как отряхнула от сырой земли испорченную юбку, сообразила вдруг, что держусь не просто за какой-то слишком узкий и высокий камень.
Я опиралась на могильный памятник с прибитой к нему медной табличкой.
Волна паники, вытесняющая остатки здравомыслия, заставила меня снова отшатнуться. Однако, прежде чем я сумела подняться на ноги второй раз, кто-то схватил меня под руку чуть выше локтя и грубо, хотя и действенно, помог подняться.
