Формула одиночества

 – Простите, я не смогу составить вам компанию.

Он снова засмеялся.

– Ничего! Вытретесь моим. Я как знал, захватил очень большое полотенце.

– Нет, я все-таки посижу пока на берегу, посмотрю на море. – Марина поискала глазами лежак, но не заметила его. Видно, он прятался где-то в тени. Поэтому она опустилась на обломок дерева, который недавно вынесло на берег штормом, и села таким образом, чтобы ее ноги обдавало морской водой.

– Как хотите! – выкрикнул Арсен и, разбежавшись, прыгнул в воду. Несколько мгновений его голова не показывалась на поверхности. Марина обеспокоенно наблюдала за той точкой на море, где Арсен, по ее расчетам, должен был вынырнуть. Но он выплыл гораздо дальше, там, где заканчивались гигантские бетонные блоки волнореза. Вынырнул и поплыл кролем еще дальше, за буйки.

Марина напряженно следила за его перемещениями. Наплававшись вволю, Арсен перевернулся на спину и некоторое время лежал без движения, похоже, вглядывался в звездное небо. Свет луны забивал сияние звезд, и все же она нашла Большую Медведицу и следом Маленькую. Но когда снова перевела взгляд на море, то не обнаружила на поверхности головы Арсена. Сердце ее мгновенно ухнуло куда-то в область желудка, но тут она заметила, что он подплывает к плите волнореза. Арсен забрался на плиту, выпрямился во весь рот и помахал ей рукой.

– Раздевайтесь, черт побери! И плывите ко мне!

Она послушно сняла шорты и майку и вошла в воду. С непривычки она то и дело теряла равновесие на скользких булыжниках, усеявших дно, и нелепо взмахивала руками, чтобы устоять на ногах, когда очередная волна налетала на нее. Здесь, на мелководье, они не казались такими безобидными, как с берега, но стоило ей войти в море по грудь, волны принялись ее раскачивать, она подпрыгнула, чтобы очередной вал не накрыл ее с головой, и «щучкой» вошла в воду. Вынырнула и поплыла к волнорезу. Арсен подал ей руку, и она в мгновение ока оказалась рядом с ним. На секунду только он прижал ее к себе, но Марина вывернулась и отошла в сторону. Встряхнув головой, поправила мокрые волосы и провела руками по телу, сгоняя излишки воды. Набегавшие на бетон волны с шумом разбивались у ног, обдавая их брызгами."

"– Тело ее, подобно свежему сыру, было тугим и белым. И любой человек, сдержанный в чувствах и с большим самообладанием, приходил в замешательство, если в глаза ему вдруг бросалась хотя бы частичка ее оголенного тела, – нараспев произнес Арсен и приблизился к ней вплотную. Взял ее за руки и заглянул в глаза, продолжая шептать: – Белая кожа Сатаней-Гуаши была такой ослепительно яркой, что отражение блеска ее, падавшее на море и от моря на горы, часто сбивало корабли с верного направления. И немало мореходов погибло именно по этой причине.