Формула одиночества

 – Послезавтра похороны. Я вынуждена побыть здесь некоторое время, чтобы кое в чем разобраться. После похорон я позвоню своему начальству. Возьму отпуск без содержания.

– Я тебе сочувствую, – тихо сказала подруга. – Прости, не знала. Но держись, не сдавайся! Я так понимаю, твоя мачеха постаралась?

– Пока ничего не известно, но музей хотят ликвидировать, и я должна отстоять его. Если получится. Тут замешаны большие деньги...

– Вот суки! – отозвалась Лариса. – Небось земли решили оттяпать?

– Вот видишь, тебе и рассказывать ничего не надо.

– Понятно, – вздохнула Лариса. – Приедешь, расскажешь. Мне очень жалко Аркадия Сергеевича. Я бы прилетела на похороны, но кто меня отпустит? Работы завались. У Эдика экзамены вот-вот начнутся. А как у тебя с деньгами? Может, выслать тысяч десять? Отдашь, когда сможешь.

– Лариса, – Марина замялась, – тут такое дело. Маша завтра утром приезжает из лагеря. Ты не могла бы ее встретить?

– В чем вопрос? – оживилась Лариса. – Не только встречу, но и к себе заберу. Ты не против, если она поживет у меня?

– Она хотела в газете подработать...

– Проще пареной репы. Все устроим лучше некуда, – и вовсе обрадовалась Лариса. – Она у тебя девочка серьезная. В случае чего за Эдькой приглядит, не позволит ему филонить.

– Хорошо, если Маша согласится, пусть поживет у тебя.

– Чудесно! – воскликнула Лариса и вдруг приглушила голос почти до шепота. – Слушай, я ведь хотела спросить, как ты в Абхазии отдохнула. Я звонила Анжеле...

Марина почувствовала, как ее сердце ухнуло вниз.

– Она мало что рассказывала. Сильно расстроена была. Что там за заварушка случилась? Говорят, вас чуть в плен не взяли?

– Ничего особенного. – Марина изо всех сил старалась, чтобы ее голос звучал бодро. – В России и хуже случается.

– Но не с тобой же, – резонно заметила Лариса. – Я догадываюсь, это не телефонный разговор?

– Правильно догадываешься, – обрадовалась подсказке Марина. – Вернусь домой, все расскажу.

– Понятно, – разочарованно протянула Лариса, – а я думала, на следующий год мы вместе с тобой рванем в Гагры. Ты теперь, наверное, не поедешь?

– Обязательно поеду, – засмеялась Марина. – Мне там безумно понравилось!

– Правильно, – повеселела Лариса, – бомбы дважды в одну и ту же воронку не падают."

"«Знала бы ты, в какую я воронку попала, – тоскливо подумала Марина. – Арсен, Арсен, откуда ты на мою голову взялся?»

И Лариса словно прочитала ее мысли.

– Слушай, – она опять понизила голос, – давеча мне какой-то мужик звонил. Спрашивал, где ты, когда домой вернешься.

Марину обдало жаром, в глазах потемнело. Она перехватила вмиг вспотевшей рукой трубку и приложила ее к другому уху. Этого простого движения ей хватило, чтобы вновь обрести способность дышать.