\

Короткие волосы распушились вокруг застывшего лица нимбом. — Надо сообщить родным.

Он присел возле меня, так что изумрудные глаза оказались напротив. Холодные пальцы прикоснулись к вискам.

— Все хорошо."

"Так и есть. Мастер хаоса, Моррен Изергаст, не лжет. Нельзя лгать таким спокойным уверенным голосом. Мое сердце забилось ровнее, и я глубоко вдохнула. Страх, сжавший тело в комок, отступил.

Некромант прикоснулся к моей щеке — там, где саднила свежая рана, — и боль растворилась.

— Ректор Адалхард запечатал хаос. Можно спать спокойно. Завтра будет чудесный день.

Мои веки послушно отяжелели, и я покачнулась, но крепкие руки удержали меня в объятиях.

— Куда ты ее? — донеслось сквозь сон.

— Отнесу в другую комнату.

— Как тебе удалось не спалить тут все?

Я не расслышала, что ответил ректор. Я снова плыла по реке, которая укачивала меня на волнах и несла вперед — туда, куда вела моя судьба.

***

Родерик положил девушку на кровать, накрыл одеялом и выпрямился. Арнелла Алетт сладко спала и даже улыбалась, как будто не было всей этой дикой драки с тварью хаоса. Он присел на край кровати, убрал темную прядку со щеки, на которой алела свежая царапина.

Поначалу все шло неплохо: они сумели загнать кошку на главную лестницу и держали там, пока студентки убегали из здания через запасные выходы. Одну тварь все же зацепила: пропахала когтями живот, и Моррен задержался, чтобы остановить кровь.

А он побежал за тварью, чувствуя себя беззащитным, как слепой котенок. Он не мог разогнать темноту, не мог сотворить самый захудалый огненный шар, даже высечь пару искр, чтобы напугать тварь, оказалось непосильной задачей. Но когда девушка наверху закричала, он взлетел по лестнице, забыв о страхе.

Родерик снова погладил Арнеллу по щеке и улыбнулся.

Смелая, но дисциплинированная — идеальный патрульный. И бессовестно хорошенькая даже в обычной белой сорочке. А ее хаос слушался его как родной. Жук вошел в тварь, словно в подтаявшее масло — раз, и готово.

Моррен сказал, Хлоя жива, но хаос скорее всего повредил ее личность необратимо. Раз уж ее устами говорила сама королева...

Холод пробрался откуда-то изнутри, и кожа мгновенно покрылась мурашками.

Там, за Стеной, он не смог противостоять королеве.

Королева хаоса выпила его крики и его огонь, и всю его суть, и после нее он не целовал ни одну другую женщину.

Родерик поднялся и поправил одеяло, сползшее со смуглого плечика Арнеллы, не отказав себе в удовольствии погладить теплую бархатистую кожу.