\

 – У него есть право проводить свадьбы.

Еще одна стрела вжикнула откуда-то из джунглей, но купол пробить не сумела.

– Мои преданные поклонники, – умилился Изергаст. – Приветствуют белого бога.

Я осознала, что вцепилась в руку Родерика, и он успокаивающе сжал мою ладонь.

– Сегодня ты жрец, – напомнил он Изергасту. – Давай только без лишнего словоблудия.

– Маленькое вступление, – произнес Изергаст. – Помню, когда я впервые увидел Родерика Адалхарда, он был юным сорванцом, нахальной личинкой хаоса, и ничто не предвещало, что однажды я запомню его имя.

– Так Изергаст был твоим преподавателем? – удивилась я, и Родерик кивнул.

– Однако теперь я рад назвать его другом, – невозмутимо продолжал Изергаст. – Между нами бывало всякое: ссоры, разногласия, женщина, но мы с честью прошли все испытания, и теперь наши жизненные пути связаны навеки.

– Я не понял, кто сейчас женится? – проворчал Рурк.

– Ты, Арнелла, теперь тоже в моем сердце, – добавил Изергаст. – Раз уж Родерик решил на тебе жениться. Впрочем, то, что вы двое будете вместе, было ясно с самого начала. Ты летела к нему точно бабочка на пламя, а ты, Родерик, пылал рядом с ней как факел, даже когда королева хаоса отобрала твой огонь.

– Начинай уже, – потребовал Родерик.

– Ладно, – согласился Изергаст, открывая книжицу и кладя ее перед собой. – Хоть это и формальность, но давайте скрепим вашу любовь пустой церемониальной болтовней, а потом я подпишу бумажку, заверив, что вы отныне муж и жена. А еще перед этим вы обменяетесь кольцами и поцелуем.

Он щелкнул пальцами, и откуда-то из-под крыши полились мелодичные переливы.

– Кольца при тебе?

– Да, – подтвердил Родерик, снова коснувшись кармана на груди.

– Вы оба огонь, одна стихия, – покивал Изергаст и пристально посмотрел поверх моего плеча – туда, где стояла Миранда. – Половинки одного целого. Так всегда и бывает, когда двое предназначены друг другу свыше. Можно сопротивляться влечению, откладывать неизбежное, но однажды вы все равно просыпаетесь вместе в одной постели и понимаете – это судьба.

Родерик выразительно вздохнул, и Изергаст, склонив голову, начал читать ритуальные молитвы. Он призывал по очереди богов каждой стихии, и его голос звучал выразительно и гулко, несясь над ночными джунглями к звездному небу.

Родерик слегка погладил мои пальцы и улыбнулся, поймав мой взгляд. Быть может, Изергаст и знал все с самого начала, но я – нет. Мне пришлось дорасти до этого чувства, до себя самой, понять, что настоящая любовь хочет отдавать, а не требовать.