Их провели к дальнему столику, и Родерик отметил, что все сделали, как он и просил: свечи, цветы, скрипач чуть в отдалении уже прилаживал смычок, и нежная музыка совсем скоро полилась по залу. Народу было немного, на зиму многие уезжают из Фургарта. Тихий перезвон серебра, приглушенный свет, и женщина напротив, глядящая на него с неприкрытой ненавистью.
К ним подошел официант, и Миранда, к удивлению Родерика, сделала большой заказ. Он бы предположил, что дама скорее будет цедить стакан воды и разве что плеваться время от времени.
— Как прошел твой день? — решил он начать с ничего не значащих вопросов.
— Неплохо, — ответила она.
— Ходила на занятия?
— Да.
Очень информативно.
— А где ты была ночью?
— Не твое дело.
— Мы помолвлены, Миранда, — он все же не сдержался.
— Нет, Родерик, не помолвлены, — возразила она. — Ты получил от императора разрешение на брак, но не дал ему хода. Тебе надо сперва убедиться, что хаос во мне примет стихию огня. Так что я совершенно свободна и могу проводить ночи с кем и где захочу.
Выдав эту тираду, он отпила воды и с вызовом посмотрела ему в глаза.
Крыть было нечем.
— Ты не справишься с учебной программой, если не будешь высыпаться, — сказав это, он тут же почувствовал себя бабушкой.
— Ничего, на некромантии отосплюсь, — улыбнулась Миранда.
Уже что-то.
— Мастер Изергаст — очень интересный мужчина, — продолжила она, и Родерик невольно заскрежетал зубы.
— Ты у него была этой ночью?
— Не твое дело, — ответила она, глянув в сторону. — Можно убрать музыканта? От его скрипки у меня голова болит.
Родерик вздохнул и взмахнул рукой. Скрипач, кивнув, ушел. Вскоре официант подал блюда, и Родерик принялся за сочное мясо, приготовленное так, как он любил — с поджаристой корочкой и сочное внутри.
Миранда тоже ела с аппетитом, смакуя овощи-гриль и куриные крылышки с таким наслаждением, что Родерик невольно залюбовался. Его невеста с характером и, похоже, гулящая. Но чего еще он ждал от девушки с магией огня? Он и сам раньше был влюбчив и натворил такого, о чем предпочитал не вспоминать. Пройдет немало времени, пока Миранда научится сдерживать свой огонь.
— Давай начистоту, — сказала она, облизнув яркие губы.









