\

– Мастер хаоса Родерик Адалхард, – представился он. – Огненный меч империи. Обладатель орденов звезды, сердца, хаоса… Да всех, в общем-то, орденов.

Осталось добавить, что он прекрасный и несравненный. Родерик мысленно усмехнулся.

– Слушаем вас, – ответил один из старцев, с волосами, белыми не от лет, а от магии.

Их было трое в кабинете, обставленном куда приятнее, чем закуток Ричпока: мягкий ковер, удобные кресла, чай в фарфоровых чашечках пах мятой и медом. Под ногами некроманта стояла скамеечка, а из приоткрытого окна доносилось пение птиц.

– Я получил приказ организовать очередную Охоту с участием всех, подчеркну – всех, огненных магов империи, – сказал Родерик.

– Может, партиями запускать? – предложил анимаг, которого Родерик смутно помнил по первым Охотам. Сейчас тот сидел слишком прямо, а лицо растрескалось от морщин словно кора дерева.

– Разберусь, – бросил Родерик. – Вопрос в другом. Я хочу награду.

– Вообще-то истинный воин империи должен защищать ее бескорыстно, – возразил некромант.

– Однако и мечу нужны ножны, – хмыкнул старец с синими глазами водника. – Я правильно понимаю?

– Видимо, да.

Он вышел из кабинета через час, выжатый как лимон от хитроумных споров и словоблудия, в который раз жалея, что с ним не было Моррена. Вот тот чувствовал бы себя как рыба в воде среди этих старикашек. И наверняка получил бы и место за столом, и чашечку с серебряной ложечкой, и вожделенное разрешение, а не жалкую отписку.

Родерик аккуратно сложил лист бумаги вчетверо и спрятал во внутреннем кармане у груди.

После Охоты, проведенной в соответствии с приказом Совета Шести, Родерику Адалхарду дозволено взять в жены Арнеллу Алетт.

Родерик сам нашел дверь, обгоревшую стену возле которой уже закрашивали.

Он вошел без стука, достал бумагу из кармана и положил на стол перед Ричпоком. Тот внимательно прочитал короткие строки, поскреб ногтем печать некроманта и вздохнул.

– Я сожгу тут все в пепел, если ты не подпишешь! – рявкнул Родерик.

Ричпок поднял на него взгляд, и Родерик вновь поразился ментальной силе, плещущейся в тщедушном теле.

– Подпишу, – спокойно сказал человек. – Я всегда считал нездоровой практику разрешений на брак для магов, – он поставил на записке кривую закорючку, порылся в ящике стола и плюхнул на подпись обычную чернильную печать. – В конце концов, вы тоже люди. Хоть и с изъяном.