\

– Адалхард затеял это все неспроста, – сказал Джаф, расстегивая рубашку, и Миранда невольно залюбовалась игрой мышц, перекатывающихся под его смуглой кожей.

Протянув руку, погладила кончиками пальцев крепкие грудные мышцы, пересчитала кубики пресса. Надо же, теперь она может все это трогать, обнимать, целовать…

– Он думает, что сможет нас разлучить, – продолжил Джаф, отшвыривая рубашку. – Это как-то подло с его стороны – подыгрывать другу.

– Джаф, все не так, как ты думаешь, – начала она, не зная, стоит ли намекнуть, что все куда сложнее. Для его же блага лучше оставаться в неведении.

– А как еще? – поинтересовался он, принимаясь за пуговки на ее блузке. – Все ведь очевидно, Миранда. Адалхард надеется, что Изергаст сможет увлечь тебя, соблазнить…

Миранда запрокинула лицо к Джафу, чтобы ответить, но он смял ее губы страстным напором. Упругий язык проник в ее рот, и уже знакомый жар разлился по телу, собираясь внизу живота тягучим желанием.

– Ты будешь мне верной, Миранда? – хрипло спросил Джаф, оторвавшись от ее рта и пытливо заглянув в глаза, будто надеясь прочитать там ответ. – Оставишь кривоносого с носом?

– Не называй его так, – слабо возмутилась она, а Джаф намотал ее волосы на руку, не позволяя отвернуться.

Страсть в его глазах завораживала. Хотелось подчиниться его силе, стать слабой, покорной… Миранда тряхнула головой, высвобождая свои волосы.

– Ты что-то делаешь? – спросила она прямо. – Как тогда, во дворце. Это все твоя магия?

– Это я, – ответил Джаф, расчесывая ее волосы пальцами, разминая шею. – Это моя суть. Я анимаг, мастер хаоса. А ты – моя женщина.

Ее блузка улетела вслед за рубашкой, туда же отправились и его брюки, и белье.

С юбкой Джаф возиться не стал, просто задрал ее, а потом развернул Миранду к себе спиной и толкнул, заставляя наклониться и опереться руками на кровать. Горячие поцелуи обожгли ее шею, плечи, лопатки… Миранда вскрикнула от внезапной боли, когда Джаф ощутимо прикусил ее кожу, но он тут же лизнул место укуса, и следом пришло облегчение. Ощущения сбивали с толку, тело будто жило своей жизнью, и в этом было что-то невыносимо притягательное: ослабить контроль, отдать власть другому…

Интересно, как далеко простирается ее власть над Изергастом?

– Ты не сможешь думать ни о ком другом, – пообещал Джаф, стягивая с нее трусики.

 – Моя.

Он прерывисто вздохнул, а Миранда дернулась, пытаясь ослабить стремительное движение, но сильные ладони крепко обхватили ее бедра, не позволяя отстраниться и задавая ритм.

– Только моя, – повторял он, двигаясь все быстрее. – Слышишь?

– Джаф! – выкрикнула она. – Помедленнее!

Он остановился и, опрокинув ее на спину, лег сверху. Обхватив запястья, завел их за голову и поцеловал в губы.