\

Может, попробуем договориться?

Я вздохнула и прикрыла глаза. Из всех я единственной, кто бывал в голове у Никиты. Переговоры не помогут. Он может принять все богатства Вахарны, но потом вернется еще более сильным и потребует большего. Жалкий, одинокий, никому не нужный сирота – Никита привык никому не верить и думать лишь о своих интересах. У него только один приоритет – сам он. Не по своей вине он таким стал, но факт в том, что это уже не изменить. В таком ракурсе отношение к расе сирен уже не выглядит сплошной несправедливостью: мир просто обязан искоренять раковые опухоли, иначе ничего от мира не останется.

К счастью, они и сами догадались, что уже поздно откупаться. К начальству подбежала широкоплечая валькирия:

– Может, отрубить ему голову, пока не проснулся? Я готова рискнуть собственной жизнью!

Ей ответили со стороны:

– Уже пробовали. Вокруг его тела образовался защитный барьер – ничем не пробивается. Он каким-то образом усилил встроенную защиту капсулы, мы не достанем его, если не ослабим замораживающую магию.

Видимо, Влад Двести Семнадцатый в очередной раз оказался прав – они опоздали, Никита уже стал настолько сильным, что его не получается победить даже спящего. Но глава сверхполиции все же придумал нейтральный вариант:

– Все ведьмы назад! Перед ним надо выставить тех, кто не обладает магией, чтобы он не стал еще сильнее! Ведьмаки будут издали пробивать его защиту, а берсерки и валькирии нападать.

Никто ответа не знал, но сейчас правильное решение невозможно угадать, только пробовать.

Вокруг царил такой беспорядок, что я могла без труда покинуть Вахарну и скрыться. Наверняка еще долгое время даже некому будет меня искать. Но остановил меня не страх жить в постоянных бегах, а само осознание угрозы. Никита еще не проснулся, он до сих пор в своей капсуле, но сейчас уже очевидно, что он найдет способ выбраться – в нем уже столько силы, на которую эта магия никогда не рассчитывалась.

"Я побежала в сторону, чтобы хоть чем-то помочь. Из деревни рядом с ледником неслись сельчане с вещевыми мешками. Панику предотвратить не удалось, существа пытались унести ноги, спасая себя и своих детей.