\

Например, у сирен глаза бирюзового цвета – такая в толпе не спрячется, каждая на карандаше. А полукровка может не иметь такой особенности, зато унаследовать природу.

Лорд Фор, который до сих пор молчал, недоуменно уточнил:

– Не понял, они устроили геноцид расы, за которую взялись отвечать? Только потому, что не смогли удержать зло в узде? Так дело в зле или в узде?

Феникс тяжело вздохнул и не стал отпираться:

– Теперь вы понимаете, милорд, насколько обвинения в притеснении расы инкубов и суккубов были смешны? В сравнении с другими существами повышенной опасности вы живете припеваючи.

Мы, правители сверхцивилизаций, иногда вынуждены идти на крайние меры, чтобы спасти остальных.

Диминик поднял на него взгляд и тихо проговорил:

– Но разве Наташа такая? За все время ее пребывания в Вахарне сейчас случился единственный хаос в ее честь – и тот не она организовала.

Правитель пухлой ручкой потер лобик, будто у него разболелась голова.

– Хорошо, я все мнения услышал, и право вето члена Совета оспаривать не буду. Но нейтрализовать угрозу для Вахарны я обязан. – Он хлопнул маленькой ладошкой по столу и отчетливо произнес: – Наталья Логинова, учтенное существо, сирена-полукровка, приговаривается к бессрочной заморозке.

– Что?! – до сих пор спокойный Диминик заорал во всю глотку и ринулся в сторону правителя, растеряв все спокойствие. – Вы снова принимаете самое легкое решение?! Да вы и есть самая главная гниль!"

"Его остановила леди Стант, неожиданно оказавшаяся прямо перед инкубом. Она схватила парня за горло и с силой тряхнула, вынуждая притихнуть. Феникс принял решение – если не придираться, то самое нейтральное.

Меня не убьют – в сравнении с предположениями разве это не колоссально много? Правитель кое-как нашел тонюсенький баланс между всеми мнениями, на большее и рассчитывать невозможно.

А мне запоздало сделалось страшно. Я, как и все присутствующие, подобного вообще не ожидала. Меня навсегда отправят в морозилку? Ни боли, ни переживаний, ни друзей, ни любимых, которых я больше никогда не увижу? Полное ничего навечно? А разве смерть не милосерднее?

Меня не слушались ноги, поэтому два магикопа помогли мне подняться и потащили к выходу.

Вокруг шумела толпа: кто-то пытался поддержать, а кто-то повторял про мудрость Феникса – глава цивилизации решил дело без лишней жестокости и не начал играть в поддавки с Зориртой. Путь нам перекрыли Риссая и Маринка, я даже не сразу сообразила, что они говорят. Но потом вспомнила и прошептала:

– Родители… Мои родители никогда не узнают, куда я пропала…

Риссая вытерла красные глаза и дрожащим голосом пообещала:

– Я с ними улажу, подключу всех ведьм управления – мы просто сотрем их память о тебе.