\

А на третьем пришлось ждать – здесь склад располагался не под зданием, а немного в отдалении от точки продажи, и внутри кто-то составлял ящики с бутылками. Мы не хотели быть замеченными, потому уселись у стены следующего дома, полностью скрытые темнотой и цветистыми кустами.

Аго тихонько ворчал:

– Какие же вы неудачники. А что, думали, если вас поведет главный преступник, то вы уже в первый день десяток дел раскроете?

– Так мы и думали, – хмыкнула Маринка. – В кои-то веки ты полностью прав – от такого командира только минусы.

– Зато от твоего присутствия одни плюсы, можно подумать! – тотчас переключился тролль.

– Че ты сказал? – вскипела та.

– Ругайтесь потише, – попросила Риссая. – Иначе нас услышат.

Они продолжили, но уже совсем едва различимым шепотом. Я сидела с другой стороны – сразу за Риссаей и Димиником, поэтому теперь даже их веселой ругани расслышать не могла. Хотелось протянуть слегка руку и дотронуться до своего соседа, но я знала, что этого делать ни в коем случае нельзя, если я собираюсь как можно скорее избавиться от своих страданий.

– Талья, ты что делаешь? – прыснула Риссая, которая склонилась немного вперед.

– Играет с моим мечом, – ответил ей Диминик, который почему-то уставился в небо.

До меня дошло, как могли выглядеть мои плавные и ритмичные движения – особенно со стороны, потому я ойкнула. Но инкуб сдавленно добавил:

– Да ничего, продолжай. Только рукояти не перепутай.

После этого мне продолжать расхотелось. А от похабного намека стало совсем не по себе.

Наконец, склад освободился – и мы смогли его проверить. Но и там Риссая ничего страшного не обнаружила. Выходило, что наш рейд прошел без малейших эксцессов – и это вызывало противоречивые чувства: с одной стороны, было обидно, что мы премию так и не заработали, но с другой – радовались, что даже у контрабандистов есть какие-то границы, через которые они не переступают.

Самым значимым событием той ночи стала пьяная драка возле таверны, которую мы разняли. Мы прибежали на шум, и уже на подходе начали понимать, что происходит. Другие шатающиеся посетители той же забегаловки только смеялись и в конфликт не вмешивались.