\

С уважением покосившись на странные устройства, я перевел взгляд на Пустоши. И буквально остолбенел: из туманного марева на город катились огромные волны дикарей. От края до края, сколько хватало глаз, виднелись враги, а из клубов пыли и песка появлялись все новые. Бежали, скакали, неслись. Причем разные: темношерстые, как Клара, с голубой шерстью, как Элхо, с рыжей, как те, что схватили меня у водопада. Похоже, папаше и правда удалось собрать несколько разных племен. Кстати, где он сам?

— Что-то их многовато, — поежился я.

— Пушек тоже немало, — преувеличенно бодро ответил кэп, — справимся.

Он подошел к ближайшему гвардейцу, пошушукался с ним, потом с другим. А я с легкой оторопью смотрел на подкатывающееся море дикарей. Они остановились метрах в пятидесяти. Молча стояли и смотрели на нас. Из-за их спин слышался топот и гомон новых волн.

Шум справа заставил меня обернуться. Несколько гвардейцев, ощетинившись копьями, смотрели вниз и что-то громко выкрикивали. А от ближайших домов бежала Элхо. Подскочив к стене, она стала поспешно подниматься."

"Цепь, соединяющая браслеты магических наручников, была разорвана, ее болтающиеся звенья со звоном бились о перемычки лестницы.

— Стойте! — проорал я гвардейцам, готовым насадить дикарку на пики. — Не трогайте ее!

Боковым зрением я увидел, как Андрес что-то прошептал капитану. Тот поднял руку, и гвардейцы тут же опустили оружие.

Растолкав опешивших стражников, Элхо подскочила к краю стены. Размахивая руками, она стала делать знаки соотечественникам и закричала во все горло:

— Ху! Хей-их! Хо-хехом!

Дикари притихли, а она продолжала:

— Папа́! Ху! Не нападать! Хе-хур-рух! Люди хорошие! Ху!

Проследив за ее взглядом, я различил в толпе зверолюдей Хорреса, папашу нашей подружки.

— Хурумбу! Ху-мук! Му-хухуну!

По интонации и жестам было похоже, что он приказывает ей замолчать. Но Элхо не унималась:

— Хуту! Ху хумэху!

Может, она и впрямь сумеет уговорить неразумного отца, сдуру послушавшегося злого бога? По крайней мере, морда Хорреса приобрела слегка задумчивое выражение.

Покрутив головой, Элхо заметила меня, по-звериному осклабилась и вскинула лапу, указывая в мою сторону.

Стоявший рядом со мной гвардеец сделал резкое движение.

Вжи-их!

Брошенное им копье просвистело мимо меня и через доли секунды вонзилось Элхо в грудь. Она покачнулась, хватая руками воздух, на мгновение застыла на краю стены, а потом рухнула вниз, прямо на колья, врытые для защиты от зверолюдей.

— Идиот! — заорал я, не помня себя.