\

— Вы хотите переспать с Мирандой, чтобы повысить уровень? — прямодушно спросила Арнелла.

— Я и так мастер хаоса, — ответил Моррен.

— Но зачем тогда? То есть я, конечно, понимаю, почему люди делают это, — сбивчиво проговорила она. — Это так приятно… — Повернувшись к нему, тихо добавила: — Вчера было потрясающе, Родерик. И зря ты подумал, что я сделала это из благодарности. Нет, я благодарна тебе за маму, но дело не этом. Я очень тебя хотела. Я и сейчас…

— Арнелла, — перебил он ее, — какие тебе нравятся книжки?

— Что? — удивилась она.

— Что? — изумился Моррен.

— Нас ведь связывает не только страсть, правда? — торопливо пояснил Родерик и, сняв ее ладонь со своего бедра, поцеловал и вложил в нее вилку. — Расскажи о себе. Что ты любишь? Чем тебе нравится заниматься?

— Ответ очевиден, — пробормотал Моррен. — Но, Родерик, в этом нет ничего плохого. Напротив. Плотская любовь — это то, что связывает мужчину и женщину воедино. Миранда, моя неприступная некроманточка, ты ведь хотела повысить уровень…

— Татуировки, кажется, куда надежнее, — ответила она.

— Так что насчет поцелуев? — быстро спросил он.

— Любознательность присуща некромантам, — выкрутилась Миранда. — Но многие знания — многие печали, так что воздержусь.

— Мне так нравится целоваться с тобой, — прошептала Арнелла, прижавшись теснее. — Мне вообще-то не с кем сравнивать, но от твоих поцелуев я словно таю. Кажется, ты делаешь это именно так, как надо.

— Спасибо, — ответил Родерик. — А что насчет других увлечений? Может быть, спорт? Рисование?

— Я не очень хорошо рисую, — вздохнула она, — но вот тренировками займусь. Завтра же.

"— Хочешь, я тоже тебя разбужу? — предложил Моррен Миранде.

Она налила из кувшина полный стакан лимонной воды и, поднявшись, всучила Арнелле.

— Пей, — приказала Миранда. — До дна.

— Тут и правда становится жарковато, — кивнула Арнелла, сделав глоток. — Или это потому что ты рядом? — она повернулась к Родерику. — Знаешь, в экипаже, когда мы ехали за мамой, я испытала нечто странное: твой огонь словно перетекал в мое тело. А вчера, когда ты был во мне, это ощущалось куда сильнее.

Родерик налил себе холодной воды и выпил стакан залпом.

Легче не стало. Арнелла была абсолютно неискушенной во флирте и кокетстве и совершенно не умела скрывать своих желаний, а его тело тут же с готовностью на них отозвалось.

— От тебя так приятно пахнет, — шептала она ему на ухо. — Свежестью и всегда чуть-чуть дымом. Я узнаю тебя по запаху, даже если завязать мне глаза.

Нежные губы поцеловали его шею, а потом Родерик почувствовал горячее прикосновение языка.

— Шахматы! — выпалил он, поворачиваясь к Арнелле и вжимаясь в подлокотник кресла.