Поломанные и местами вырванные с корнями деревья лежали по одной линии. Придерживаясь ее, я быстро вышел к остаткам от машины. Груда металла некогда была красивым Cessna CJMS, шестой моделью в родовом древе Цесн, разработанной под нужды санитарной авиации. И судя по количеству раскиданных вокруг тел, самолет летел груженный как не в себя. Ну не может в двенадцатиместном самолете лететь три десятка тел. Причем судя по форме и связанным рукам и ногам, борт отвозил груз двести.
— Мда, — осорожно перемещаясь от дерева к дереву, я подошел к обломкам самолета поближе.
Тот не горел, что странно.
Не испытывая ни капли отвращения, заглянул внутрь передней части салона.
Кое-как забравшись внутрь, приблизился к ней и расстегнул верхний ремень. Времени лезть и слушать пульс на руке или шее, попросту не было, так что я, не особо церемонясь, расстегнул на ней куртку и залез под футболку. Прямо в лифчик к груди, чуть надавливая на левую часть грудной клетки.
Оглядевшись, нашел красный рюкзачок с шильдиком ""Реанимация"", закрепленный стропами на стенке. Вскрыв, выудил ампульницу с веществами, о которых детям и наркоманам лучше не знать. С целью поднять давление и частоту сокращений, произвел два укола в вену. Буквально через секунд сорок девушка шумно задышала, а я, не теряя время, уже поставил ей капельницу с витаминным раствором, благо здесь у каталки есть крепление с подвесами для бутыльков. Пока система прокапывает, по быстрому осмотрел ее и снял ремни фиксации.
Реаниматолога нашел быстро. Мда. Мужик лет пятидесяти, со множественными переломами, был практически насажен на одну из веток.









