\

То и дело в здание заходил бродяга с рюкзачком и проходя мимо столов, останавливался у каждого продуктового, и начинал торговаться."

"Затем совершался обмен. Зачастую это был естественный бартер, мол, вот тебе дядя два десятка коробов спичек, а ты мне вон ту рыбеху копченую. О какой-то нормальной регулировке цен и речи не было. Порядок удавалось сохранять лишь силами дежурных, коих было аж три человека и все с автоматами. Хотя, за те минут десять, что я наблюдал за происходящим, один беспредельщик все же нашелся.

— Да это грабеж! — возмутился парнишка лет двадцати.

 — Пять банок вот за это?! Да тут же полбанки жира, ты сам посчитай, пятьсот грамм тушенки в банке и три литра этой твоей засолки жировой. Да ее на сковородку если вывалить, то и жрать будет нечего!

Однако бабушка-торговка была непреклонна. Пошумев пару минут, парень привлек внимание дежурных и те, подойдя, намекнули дебоширу, что кричать не стоит. Вот только разгоряченный торгаш не угомонился и начал уже орать на вооруженных людей, мол те покрывают спекулянтов.

К сожалению, вооруженные мужчины очень не любят, когда на них кричат, а потому задира быстро получил прикладом в грудь, а после был вытащен под руки и вышвырнут из здания во двор, где им занялись постовые на входе.

— Интересно девки пляшут, — я довольно ухмыльнулся, отставляя пустой стаканчик к урне. — Спасибо, Алия, я еще зайду как-нибудь.

— Заходите, заходите, Сергей, всегда вам рады, — улыбалась женщина.

Видимо в этот раз Замир ее хорошо проинструктировал. Эдакое дружелюбие куда больше располагает, нежели глупая беседа с допросом.

— Всенепременно, — согласно кивнув, я направился к кабинету начальника вокзала.

Как ни странно, но прямо напротив двери стоял стол еще одного дежурного. Военный с погонами прапорщика изучал какие-то журналы при свете настольной лампы. Услышав шаги он поднял взгляд, поправляя манерные очки. Вылитый аристократ и любитель высокой культуры, что-то забывший в армии. Штабист, не иначе.

— День добрый, — сразу поприветствовал я его. — Товарищ капитан у себя?

— Да, но он занят, — сухо ответил прапорщик. — Вам назначали? Если нет, то подождите часов приема. Сейчас время работы с внутренней документацией.

— Хм, тогда придется его отвлечь, — спокойно ответил я, доставая удостоверение личности офицера и предьявляя его дежурному.

— Виноват, тащ майор, — сразу вскочил пропорщик, вытягиваясь в струну по стойке смирно. — Не признал.

— Бывает, вольно, — отмахнулся я, убирая ксиву. — Ну, я ненадолго.

Подойдя к двери, три раза постучал и не дожидаясь ответа, вошёл.

Престняков сидел за письменным столом и что-то печатал на ноутбуке. Причем судя по количеству наваленной рядом рабочей документации, работы у него действительно было много.