\

Вот только пробился он в чью-то ванную.

— Ебёна мать, — вновь выругался электрик. — Но да и хрен с ним…

Раздался оглушающий грохот и все здание заходило ходуном, словно при землетрясении.

— Походу в крышу прилетело! — проорал Зяба, стараясь перекрыть голосом грохот. — Походу чем-то крупным, сейчас дом сложится наху…

Еще одно попадание. Артиллерия и реактивщики явно били по секторам, отсекая любые возможные позиции остатков противника. «Ваш дом удобно расположен и с крыши можно контролировать, а заодно простреливать две улицы, почти на километр? Тогда крупнокалиберный снаряд уже летит к вам.

»

Следуя по этой логике, походу нам и залетело. Трясло довольно долго, так что в подвале стало невозможно дышать, в основном из-за пыли, но выбираться никто не спешил. Героев и идиотов в нашей троице не было. На улице сейчас ад.

В любой момент сверху на тебя может прилететь либо осколок снаряда, либо кусок облицовки фасада, либо кирпич отколотый взрывной волной. Так что самое надёжное, пересидеть обстрел в подвале. К тому же, если один подъезд засыпет, мы всегда сможем выйти через два других.

На совсем крайний случай, спустимся в канализацию и через нее проползём до соседнего люка. Толстяков вроде в группе нет, так что уж как-нибудь справимся.

Примерно через час артобстрел переместился в другой сектор и можно было выдохнуть спокойно. Я, как самый рисковый, решил выбраться наружу и глянуть, что стало с домом… А зрелище было крайне печальное.

Вся правая часть обвалилась, до уровня третьего этажа. Крайнему левому подъезду повезло, но туда с лихвой прилетело осколков с соседнего дома.

Половина крыши уцелела, но держалась скорее из-за того, что складываясь в гору бетонных обломков, этажи образовали остаткам крыши неплохую подпорку.

— Твою же дивизию, — прошептал я, видя как из подъездов моего дома, да и соседних тоже, спешно выбираются выжившие.

Люди помогают друг другу, стараются разобраться, кто уцелел, а кто-то даже взялся разбирать завалы.

Пара молодых ребят бродила по двору от тела к телу, в поисках раненых, или кому еще можно помочь. А я лишь стоял и смотрел на все это, понимая, что обычной жизни уже больше не будет.

Всё, если военные начали гасить мирняк, значит бойня пойдёт до последней капли крови. Мне лишь остаётся молиться, чтобы по городу не прилетел ядрен батон, как последняя попытка поднасрать.

Всюду царил хаос. Ревели убитые горем женщины, вопили дети, ругались мужики. Никто не понимал что делать а я спокойно стоял, наблюдал за этим всем и у меня непроизвольно дрогнули уголки губ.

Я улыбался, потому что уже видел подобное и отчего-то мне даже было смешно.