\

Макар двумя руками ухватился за дверное полотно, потянул на себя и дверь ещё на пятнадцать сантиметров отошла от косяка. В образовавшуюся щель с трудом, но можно было протиснуться, что он и сделал.

Прихожая была очень маленькой: только раздеться. На стене висело зеркало с полностью облезшей амальгамой. В шкафу для верхней одежды находилось демисезонное женское пальто, шляпка и стояли сапожки. В коридор, выходящий из прихожей, выходили три двери. Первая дверь вела в маленькую кухоньку. Тут был стол с двумя табуретками, холодильник неизвестной Макару марки: «Stopwarm», раковина и маленький разделочный столик с встроенной в него электрической плитой на два места.

Над ними во всю стену висела полка с кухонной утварью и посудой.

За следующей дверью находился совмещённый санузел. Последняя дверь выходила в большую комнату, площадью метров тридцать. Она была разделена составленными вместе шкафами из-под одежды (платяного) и для книг, на две части. В одной стояли кровать, на которой лежало мумифицированное тело молодой девушки, трюмо, стул и пуфик. Сюда же выходили дверцы платяного шкафа. Во второй — обеденный стол с четырьмя стульями, горка со стеклянной посудой, осколки которой валялись перед ней, письменный стол со стулом около книжного шкафа.

Вся мебель была старая и вообще всё в квартире выглядело очень бедно.

Макар открыл книжный шкаф. Верхние полки были заполнены технической литературой на немецком языке. Здесь стояли учебники по математике, физике, теоретической механике, сопромату, лежали исписанные тетради. Внизу стоял кожаный портфель рыжего цвета, заполненный учебниками.

В ящике стола Макар обнаружил дневник.

На его первой странице было написано:

«Этому дневнику я буду доверять мои самые сокровенные мечты, записывать самые важные события моей жизни.

Он только для меня. Никому не позволено его читать. Вот перестану жить, тогда и станет можно! Алиса Вебер, май 1973 год. Берлин.»

Макар открыл последнюю страницу дневника:

«Сегодня, 21 июня 1981 года я пришла с занятий из университета и прилегла отдохнуть: день был очень тяжёлый, сдавала экзамен по теоретической механике. Получила «хорошо», чему очень рада: ни сопромат, ни теормех мне никогда не нравились, хотя я понимаю, что в моей специальности: конструирование гироскопов, знание этих предметов необходимо.

Проснулась от страшного грохота и тряски. Дом ходил ходуном. Все окна разбились, мебель попадала на пол. Слышались крики людей. Я подошла к окну: Берлина не существовало, вокруг одни развалины. С неба падали бомбы, взрывались и из них поднимался черно-жёлтый дым. Люди, выскочившие на улицу, вдохнув его, сразу падали на землю: их мучил ужасающий кашель. Через несколько минут они умирали. Дым медленно поднимался вверх.