\

В бой пошли главные силы. Вода бурлила от рыб и гадов, яростно набрасывающихся на вражеские суда. Тягловые киты, раздвигая массивными телами обломки разбитых судов, подтаскивали тяжелые каноэ так близко к берегу, как это было возможно. Дальше десантные группы плыли на шлюпах и боевых черепахах.

Уже почти все корабли Людей Креста были потоплены, но за свой берег чужаки держались крепко. Высадка давалась тяжело. Кровь – людская и нелюдская – лилась рекой, густо окрашивая морские воды. К береговой линии спускались все новые и новые отряды противника, выстроенные квадратами, прямоугольниками, колоннами и клиньями.

Вражеские стрелки не прекращали огня. Однако остановить десант Люди Креста не могли.

Под яростным обстрелом то тут, то там на берег сходили воины разных племен и сухопутные боевые мутанты, а из воды ползли амфибии, способные вести бой и на море, и на суше.

* * *Посвящение было прервано. Магистр с Ковчежцем и охраной удалился. Наемникам – и уже прошедшим обряд, и еще не успевшим его пройти – велели разобрать оружие."

"Когда морская битва разгорелась в полную силу, ландскнехты славянского полка уже были готовы к бою.

Далеко уводить славян не стали – поставили на том же открытом пространстве, где проходило Посвящение. Только развернули лицом к морю и перестроили из парадно-смотрового в боевой порядок. Наемники должны были усилить заслон крестоносцев, охранявших подступы к ставке Магистра.

Пан Якуб, утративший свою обычную невозмутимость, метался перед строем, выкрикивая команды.

– Становись плотнее! – переводил приказы полковника Кошкодер. – Еще плотнее, туды ж вас всех в качель! Щитоносцы – вперед! Стрелки – зарядить арбалеты и самопалы! Стрельцы – боеприпасов не жалеть! К шатру Магистра никого не подпускать! Стоять насмерть!

Последнюю команду, впрочем, одноглазый капитан отдал без энтузиазма.

Видимо, умирать сегодня Кошкодеру не очень хотелось.

А вот лица ландскнехтов, прошедших Посвящение, аж светились отчаянной решимостью и непоколебимой готовностью стоять до конца. Что, кстати, совсем не походило на наемников, а, скорее уж, было свойственно фанатикам-крестоносцам. Возникло впечатление, будто ландскнехты тоже вдруг прониклись религиозным рвением и истовой преданностью Святой Инквизиции и Черному Кресту.

«Ну точно, Ковчежец что-то с ними сотворил», – подумал Виктор. И поблагодарил судьбу за то, что до них Магистр с ларцом не дошел. Становиться зомбированным болванчиком на службе у Инквизиции его как-то не прельщало.

Что ж, с этим им повезло. Но вот что совсем не радовало: за терциями ландскнехтов выстроилась рыцарская кавалерия, пехота в черных крестах и несколько автоповозок с пулеметами и бомбардами.