12
0Похоже, опасность миновала, но Костоправ никак не мог успокоиться.
– Вообще, писец полный! – сокрушался он. – Чуть за шиворот, суки, не заползли! Да я этих ползунов игложопых щас повтыкаю друг в друга, етить…
– Иглоносых, – машинально поправил Виктор.
– Пофиг! Хоть иглохренных! Все равно повтыкаю и… и… – Костоправ задумался, но ненадолго. – Ожерелье, мля, из них Змейке сделаю.
Вообще-то очень сомнительно было, что Костоправ всерьез намеревался заняться подобным ювелирным творчеством. Да и Змейка вряд ли будет рада такому подарку. Впрочем, Виктор решил дать товарищу выговориться.
Выговаривался Костоправ долго, смачно и витиевато, пока его затянувшийся монолог не прервала Стрелец-баба.
– Стой, не двигайся! – Змейка расширенными глазами смотрела куда-то между ног Костоправа.
– Н-н-нет, м-м-мля! – побледневшими губами произнес тот, с обреченным видом опуская голову.
Опа! Виктору тоже стало не по себе. На бедняге-то, оказывается, сидел еще один червь, которого он не заметил. Похоже, гаденыш прятался за наколенником, а теперь переполз на пах. А ведь там снизу на штанах никакой защиты. Один укол, да еще в такое место и – прощай, Костоправ!
В руке лекаря снова дернулся кистень.
– Н-н-нет… – снова растерянно простонал Костоправ.
Шипастый червь уже изогнулся крюком, выставив ядовитую иглу вверх. Он явно намеревался нанести пробный укол.
* * *– Спокойно, – сказал Виктор, хотя сам никакого спокойствия не чувствовал.
Он осторожно двинул мечом.
Змейка стояла ближе и действовала быстрее.
Выпад. И ф-ф-ших!
Заточенная сталь мелькнула между расставленных ног Костоправа. Рассеченная надвое белесая загогулина упала в траву, а на штанах лекаря появился порез.
Костоправ и Виктор выдохнули одновременно.
«Хороший удар», – подумал Виктор.
Что ж, Змейка была в своем праве. То, что хранится в Костоправовых штанах и на что покушался ядовитый червяк – ее законные владения. И защищать их – тоже ее прерогатива.
– Чисто! – объявила Змейка.
И защищать, и зачищать…
– Чисто, мля? Уверена, мля? – на полном серьезе спросил Костоправ. – Я точно не обоссался, епс, и в штаны не наложил? А то мне чего-то показалось…
– Идиота кусок! – поморщилась Стрелец-баба.
– Ты поговори еще, женщина, – буркнул Костоправ. – И это… На привале портки зашьешь, ясно?
– С какой, блин, радости?
– С такой! Ты порезала, ты и зашивай. Что я, едрить-перевердить, в дырявых штанах теперь по Котлу бегать буду?
Ладно, пусть поворкуют голубки. Виктор отошел к Костянике. Тонированное забрало закрывало ее лицо, но и так было понятно, в каком состоянии она сейчас находится: девушку всю аж трясло. Наверное, неприятные воспоминания.
