Непонятно, чего ждать.
А викинги, похоже, ждали неприятностей. Даже при сильной волне и даже на ночь бесстрашные морские разбойники старались не входить в спокойные, казалось бы, воды заливов-фьордов.
Разговоры на судне смолкли. Лица у мореплавателей были напряженными. О прикованных к мачте «рус-персеркрах», казалось, все забыли. Однако общая тревога передалась и пленникам тоже. Вообще-то было от чего волноваться."
"До сих пор корабль шел либо на веслах, либо под парусом, но теперь Аскел вдруг и без видимой на то причины приказал включить подвесной двигатель.
Вдобавок ко всему на судне начались непонятные приготовления. Дружинники Аскела закрепили на топе мачты массивный тюк, затем распустили завязки и потянули из баула странную снасть. Команда действовала быстро и умело, и вскоре весь корабль накрыла густая сеть, наподобие рыболовецкой, сплетенная из нейлона, кожаных ремней, прочных веревок и усиленная проволокой.
Опутанный диковинной снастью драккар шел на максимальной скорости.
– Ну и что это за фигня такая? – пробормотал Костоправ.
– В самом деле, чего это они окуклились? – Змейка повернулась к Василю: – Ты, часом, не знаешь, помор?
– Понятия не имею, – Василь и сам был озадачен. – Я же говорил: эти воды нам незнакомы.
– Аскел, в чем дело? – окликнул Виктор хэрсира, который как раз проверял бортовые крючья, удерживавшие сеть.
Шутка не нашла понимания.
– Стесь опасно, – ответил викинг. – Стесь нелься пес сащиты.
Ага, значит, сеть – это защита! Но от чего? Или, скорее уж, от кого?
– Кого ты боишься, Аскел?
– Я никофо не поюсь, – вскинулся викинг. – Я просто перекусь.
Не боюсь, а берегусь! А не одна фигня?
– Хорошо, от кого ты бережешься? – переиначил свой вопрос Виктор.
– Чайки, – коротко ответил хэрсир, вглядываясь в скалистые берега.
– Чего? – удивился Виктор.
Чаек они видели частенько. Но никогда еще эти белые крикливые птицы, гнездящиеся в прибрежных скалах и парящие над волнами, не представляли опасности.
– Чайки-мутанты, – уточнил викинг. – Их кнеста рятом.
Ах, мутанты! Ну, тогда да, тогда, конечно, совсем другое дело.
– Стесь нато плыть пыстро, – с озабоченным видом добавил хэрсир. – Талеко от сфой кнесто эта птица не полетит.
– А если уйти от берега? – предложил Виктор выход, который, казалось, напрашивался сам собой.









