\

Уже закрывшихся, кстати: бухтовцы не желали рисковать.

Извилистые портовые улочки были тесны для монстров, но отродье морских глубин легко прокладывало новые прямые и широкие проходы через доки, верфи, склады, кабаки, постоялые дворы, жилые и хозяйственные постройки. Строения, оказывавшиеся у них на пути, твари ломали с такой же легкостью, как до того топили корабли. Мутанты-амфибии просто валили их массивными тушами и при помощи брюшных присосок перебирались через груды развалин, вминая их в землю.

Морские твари оказались неожиданно проворны не только в воде, но и на суше.

Они передвигались не медленнее бегущего человека и уже настигали мечущихся в панике людей. Хватили. Перетирали мощными челюстями в фарш с костями.

Со стен начали стрелять. Без особого, впрочем, успеха. Бомбардные ядра и тяжелые снаряды камнеметов рыхлили песок и гальку, с плеском падали в воду, разбивали суда и причалы, а когда попадали в монстров, то отскакивали от них, как тряпичные мячики. В лучшем случае пушки и катапульты калечили гадов, но не убивали их и не могли их остановить.

Картечные заряды тоже не брали мутантов.

Стрелы и вовсе не причиняли вреда. Даже будучи утыканными ими как ежи, гигантские амфибии не проявляли признаков беспокойства. Да что там стрелы! Старое оружие бухтовских Стрельцов и то останавливало не каждую тварь. Только два крупнокалиберных пулемета, ударивших с крепостных башен короткими экономными очередями, гарантированно и быстро валили монстров. Но боекомплект для таких орудий, по всей видимости, был ограниченным. Стрельба с башен вскоре прекратилась.

Несколько гадов — мертвых и получивших тяжелые увечья — лежали неподвижно и корчились на подступах к береговым укреплениям.

Еще пара тварей всплыла кверху брюхом между разгромленными причалами и покачивалась на волне, демонстрируя крупные темно-розовые присоски. Остальные охотились на людей, не успевших укрыться за воротами. Несчастные метались между монстрами и городской стеной и находили свою смерть либо в зубастой пасти твари, либо под стрелами и картечью защитников Бухты. Чтобы потом все равно быть сожранными. Кто-то пытался отстреливаться и отбиваться, но толку от этого было мало.

Виктор заметил под стеной китайцев.

Ся-цзы и его приспешников тоже не пустили в город, оставив вместе с другими опоздавшими на съедение мутантам. Амфибии загнали отстреливающихся китайцев в небольшую складскую постройку. Какая-то гадина взгромоздилась сверху. Склад рухнул. Вряд ли кто-то мог бы там выжить. Усатая морда морского гада ворошила обломки, выковыривая из развалин человеческие тела и пожирая их. Тварь пировала.

«Если есть на свете высшая справедливость, то это, наверное, одно из ее проявлений», — подумал Виктор.