Медные баллоны врезались в землю точно посередине лагеря, треснули… и из них повалил густой чёрный дым. Разумеется, Роза не знала секретов ядовитого тумана имперцев. Но простой алхимический дым ей изобретать не требовалось. Непроглядно-чёрное облако в мановение ока укутало весь небольшой лагерь Огюста.
— Вперёд! — повторила Литэль, давая шпоры коню. Всадники помчались в атаку так быстро, как только позволяла неудобная местность. Им предстояло навязать врагу ближний бой раньше, чем развеется дым.
— За мной! — в свою очередь скомандовала Жанна, возглавившая вторую колонну.
Под заполошный треск выстрелов и звон подков они промчались мимо королевского лагеря. Роза краем глаза видела, как из дыма выбегает несколько солдат с ружьями, как кто-то из Чёрных Щитов падает вместе с конём, скошенный веером пуль, как волна конницы сметает стрелков, как боевые маги спешиваются, бьют струями огня из амулетов прямо в укутавшее лагерь облако — а потом схватка осталась позади, и девушке стало не до того.
Перед остатками крепостной стены им пришлось спешиться. Бросив поводья одному из солдат, Роза первой полезла на вал.
— Демоны и Пекло! — выдохнула Роза. Ей в лицо словно ударил ветер, несущий мелкую морось — прямо сквозь защитную маску. По коже побежали холодные мурашки.
— Что они тут устроили? — спросила подошедшая следом Жанна. Голос гвардейца звучал глухо — открытый морион она сменила на шлем с забралом.
— Они накачивают портал энергией, — сказала учёная, не отводя взгляда от арки внизу. — Через накопители. Должно быть, маги Огюста заряжали их всю дорогу сюда. Если не активировать портал, когда заряд достигнет предела — он лопнет.
— Это можно остановить?
— На данной стадии — нет. — Роза куснула губу. — Придётся использовать.
— То есть…
— Мы применим заряд портала в нашем ритуале. Зови людей, скорее.
Этого не было в плане. Разработанный Академией ритуал подразумевал спокойную и неспешную работу вокруг прорехи в мироздании, постепенное формирование червоточины. То, что задумала Роза, представляло собой чистой воды импровизацию. Но Огюст не оставил ей выбора.









