\

Ткач придерживал спрятанного в рукаве «мудака», а потому и грохнулся на асфальт, когда их втолкнули в круг, — неловко, не успев сгруппироваться. Разбил фонарик в кармане. И локоть, наверное, здорово отбил. И плечо.

Ну и дурак! Надо было не тормозить, а лупить шокером сразу — в суматохе, пока их еще гнали пинками из подъезда, на улицу. Может, и сбежал бы тогда. Шансов, конечно, маловато, но хотя бы попытался. Никто бы его не упрекнул, что бросил остальных. А сейчас… Сейчас уже слишком поздно. Операторов обступило плотное кольцо камуфляжа и масок.

— Привет, шледила!

Из безликой стаи Волков вышел, поигрывая заточкой, невысокий группировщик.

Подошел к Денису, оттянул маску, чуть приоткрыл похабную рожу. Глумливую беззубую ухмылку не узнать было трудно. Тот самый шестерка с Пятачка! Ох, и тесен мир, когда не надо…

— Подыхать будешь долго шледила, понял?

Чего уж тут не понять! Денис прикидывал: не съездить ли напоследок по этой наглой морде в маске? Чтоб еще одним зубом меньше стало… Все равно ведь подыхать. Все равно ведь долго.

— Хватыт трэпатса! — донеслось от подъезда.

Тоже — знакомый акцент…

Массивная фигура борца восседала на разбитых черных ступенях.

«Трэпатса» перестали. Сразу. Все. Что ж, по крайней мере, приказы здесь пока отдают не злопамятные шестерки. А хотя… Все равно. Эта оргская кодла вряд ли отличался гуманизмом.

— Чмо, сука-блать, уйды, дай я на ных пасматрю, — потребовал вожак.

Чмо? Подходящая кликуха для ублюдка. А ведь как пыжился, изображая важную птицу.

Шестерка поспешно отскочил в сторону. Зашепелявил — часто, вкрадчиво:

— Это тот шледила, которого мы упуштили на Трашше. Жамочить бы вшех троих, а Ахмет? На швалке утопить.

Только телку шначала попольжовать…

Кавказец усмехнулся. Не видно под маской, но слышно. По изменившемуся голосу. Не сулящему пленникам ничего хорошего.

— Ну, ползуй, эсли сможешь. Блать — твоя.

Орги заметно оживились. Ну да… Быдлу всегда нравились такие развлечения. Вот оно — начало конца. Сначала презираемый собственным кланом шестерка изнасилует девчонку. Потом их убьют. Всех троих. Но не сразу. Долго убивать будут. Предупредили ведь.

* * *Дениса и Славку оттащили в сторонку. Денис подергался немного — так, больше для очистки совести. Фигня, конечно, все это, дохлый номер — орги держали крепко.

Славка — тот даже и не рыпался. Бледный, оцепеневший, он смотрел куда-то сквозь Юльку. И осмысленности в таком взгляде — ноль. Похоже, парень уже сломался.

Денис тоже… Ломался. Чувствовал, что начинает наблюдать за происходящим отстранено, без эмоций. Состояние смирения перед неизбежным — вот, что это было. Жить им осталось ровно столько, сколько Юлька сможет продержаться в центре гогочущего круга.

А долго ли она выстоит против распаленного Чмо с заточкой.