\

Самое интересное обычно происходит вдали от главного шоссе города. В каменных джунглях окраинных жилых кварталов.

Денису везло на крупные группы оргов. Как-то за одно дежурство он обнаружил с дюжину таких отрядов. Бедняга Игорь, едва-едва выполнявший минимальный операторский план, не мог поверить в такую удачу. Вот только какой прок от подобных достижений? Периметр давно не реагирует на сообщения следаков. А это тревожный симптом: если вертушка не несется по вызову, не наводит хотя бы видимость порядка в кишащем группировщиками районе, значит, где-то дела обстоят еще хуже.

Добрая старая камера класса «Летящий глаз», перескочила еще один переходной стык, повернула. Теперь работа шла в автоматическом режиме. Денис убрал руки с клавиатуры, откинулся на спинку кресла. Фиксировать мелкие детали пока нет необходимости. Обычный предтрассовый квартал, типовые двенадцати— и шестнадцатиэтажки, безлюдная улица. Тут редко происходят вещи, достойные внимания следака. Впрочем…

Движение? Точно! Там вон, у обшарпанного, исписанного нецензурным граффити подъезда. Вряд ли что-то стоящее, но проверить не мешало бы.

Левой рукой Денис коснулся клавиш, правая легла на манипулятор.

Камера зависла над подозрительным подъездом, вцепилась в направляющий трос захватами фала-удлинителя. «Сопля» — так в шутку называли между собой операторы, эту жесткую струну, которая позволяет «Летящему глазу» спускаться почти до самой земли."

"Еще команда. С тихим жужжанием камера скользнула под прикрытие глухих лоджий. Денис никогда не опускал камеру на всю длину фала: чем ниже, тем больше вероятность быть обнаруженным. Он повесил «глаз» где-то на уровне восьмого-девятого этажа.

Лучше уж выжать все, что можно, из старенького зум-объектива.

Секунда ушла на фиксацию вращающейся камеры. Потом — панорамная съемка. Наезд. Поворот. Еще наезд — на этот раз максимальный. Ага, вот и источник движения. Группа из пяти человек.

Волки. Прячутся в тени. Все — в масках. В вязанных шапочках, закатанных под подбородок. И с прорезями для глаз.

Все — в грязно-сером защитном камуфляже цвета бетона, земли и асфальта. Такой нигде не купишь. Такой нужно долго «варить» самому. В вонючем чане на кухне.

Из старой ненужной одежды. С красящими «приправами». Зато в таком легко раствориться на ночных улицах Ростовска.

У каждого — по заточенной арматурине. В руках. И за поясами. Большего — увы — различить нельзя. Расслышать тоже.

Переговаривались группировщики негромко: подобъективный микрофон улавливал лишь неразборчивое шипение. Спуститься еще ниже? Опасно. Слишком уж настороженно для ночных хозяев города вели себя эти ребята. Орги за малым не шугались собственной тени.

Странно-странно.