14
0– И что, носить это обязательно?
– Естественно, это же форма.
– Какая-то сомнительная.
– Как и весь твой гардероб, душечка, ни одной яркой шмотки.
– Прикуси язык, – прошипела, – там шикарные платья, и все новехонькие.
– Безвкусица.
– Безвкусица, милейший мой жених, это твои трусишки и юбочки. А у меня элегантные наряды.
Живот снова заурчал, прерывая наш спор.
– А кормить сегодня не будут, – в зловредной улыбке расплылся змееныш. Я лишь поджала губы и отвернулась. Садизм! – Традиция такая в академии, в столовую в первый день поступивших не зовут, чтобы они все свои запасы, что мамки насовали, истребили.
– А тебе мама ничего с собой не дала? – покосилась на нага. – Котлеток, вареных яичек, картошечки?
– Не-а, – разочаровал он меня. – Но я знаю, где можно добыть вкусненького.
– Чтобы нас исключили в первый же день?
– Ну что ты, – наг улыбнулся и махнул рукой, – максимум отработкой накажут. Из академии могут выгнать только за тяжкое преступление. Так что пойдем со мной, боевая подруга, мы найдем сочную зелень для тебя и мясо для меня.
Наивный Яни… Вздернув бровь, покрутила головой.
– Ты хотел сказать: жирный сочный кусок мяса для меня, а что ты себе найдешь, меня мало касается.
– А как же фигура?
– Вот сам ее и блюди! – Спрыгнула с подоконника. – Где достать ужин, сосед? Я действительно голодная!
– За мной, Аля! Совершим маленькую экскурсию по академии Шаливара.
– Ради куска мяса я пойду за тобой на край света, друг мой чешуйчатый.
Радостно потерев ладони, я рванула на выход.
* * *На край света отправляться не пришлось, все оказалось куда банальнее. Мы намеревались обнести столовские склады.
Да, вот так. Первый день в вузе, а я уже становлюсь криминальным авторитетом. Совесть настойчиво шикала на правое ухо, костеря на чем свет стоит мою патологическую тягу пожрать чего повкуснее. Может, я бы и вняла ее доводам, если бы не одно «но»: на левое ухо жалобно урчал живот, сообщая, что неплохо бы ту совесть задвинуть куда подальше. А то организм мы растущий, нервов за эти дни изрядно потрепавший, надо бы возместить все это калориями.
Так, терзаемая сомнениями и собственными слабостями, я упорно пробиралась вперед.
Тишина. Темень – хоть глаз выколи. Тяжелое дыхание Яни за спиной.
Не знаю, откуда этот ухарь прознал, где хранится провизия, но пока все указывало на то, что мы идем верной дорогой – вокруг витал сногсшибательный аромат ванили и свежей выпечки.
– Аля, ну что ты плетешься как слепая, – в очередной раз поторопил меня наг, наступая на пятки.
– Так не видно же ничего, – всплеснув руками, обернулась, – тут же темно как в… Ты где? – Присмотревшись, различила лишь неясный силуэт.
– Здесь я, ползу червяком за тобой. Знал бы, что ты слепа как крот, не взял бы на дело.
