14
0– Да заткнитесь вы! – рявкнула, и изо рта тут же вырвалось черное клубящееся облако.
Оно устремилось вперед и замерло у носа второй подручной Мамии. Она побелела, глядя прямо перед собой.
– Не надо! Ой, мамочка… Я больше не буду. Ой, в туалет хочу. Мама!
Вскочив, она ломанулась к двери, но Яни удачно сделал подсечку хвостом. Плюхнувшись на тощий зад, девица забилась в угол и истерично защелкала пальцами. Точно свою стихию призвать хочет! Я вспомнила, как мою бедную несчастную сущность огненными сферами атаковали.
– Только попробуй, дрянь, в меня что запустить! – зло прошипела ей.
И моргнула, сообразив, что девушка черно-белая, словно в старых фильмах. И не только она, а все вокруг. Подленько захихикав, закрыла рот руками – уж больно знакомым был смешок.
– Не трогай меня, пожалуйста, – взмолилась девица. – Я не буду больше, никогда! Это все Муарти! – И она без зазрения совести ткнула в Мамию, которая под шумок пыталась забраться под кровать Яни.
Я снова гнусно захихикала, чувствуя, что сейчас будет весело. Правда, только мне.
– Не смей, Миленина! – взвыла Мамия. – Я из знатной семьи! Тебя накажут.
Я же, растянув рот в улыбке, выставила перед собой покрытые черной дымкой руки и двинулась на них. Сжавшись, они разревелись. Обе.
– Вы чего? Это же несерьезно!
Я остановилась, стерла с лица веселье, не понимая, чего они рыдают. Можно подумать, их убивать будут.
– Не трогай нас, – истерили девицы.
Тьма на моих руках медленно рассеивалась, мир вокруг восстанавливал краски.
Яни наконец высвободился из простыни и сорвал гольф со рта.
– А ну, валите отсюда, полоумные, – рявкнул он. – Поняли, что женщин и пальцем не трону, так все можно?! Крысы!
Мамия, закрыв лицо ладонями, выскочила из комнаты, следом – ее подруга.
– Яни, что здесь творится? – взорвалась я. – Доигрался?! Я же говорила, не трогай девчонок!
– Успокойся, Аль. – Он поднялся, скинул с себя тряпку. – Обещаю, нет, клянусь – больше ни к одной не полезу и на вечеринки не пойду. Ты сама как?
– Нормально. Даже очень хорошо.
Он внимательно вглядывался в мое лицо.
– Аль, ты это… только не визжи, ладно? А лучше сядь.
– Зачем? – Мне снова стало страшно.
– Сядь, душечка моя, как друг советую.
– Ладно. – Сложив руки на груди, плюхнулась на свою кровать.
– Алевтина, ведьмочка моя ненаглядная, лапочка ты моя чернявая, ты инициировалась!
Яни замер, наблюдая за мной.
– Чего? – переспросила, не соображая, шутит он или нет.
Наг, шурша хвостом по полу, подполз ко мне и, выдернув прядку волос из прически, показал мне. Черная! Как воронье крыло!
– Это как понимать? – нахмурившись, протянула руку. – Зеркало дай!
– Может, не надо, Аль?
– Зеркало!
Обреченно выдохнув, он достал из своего стола маленькое зеркальце и выставил передо мной.
