Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

Кому хлеб, кому манку… Молоко, кефир, куриные ножки… Широко зевая, я неспешно отпускала людей.

Снова хлопок дверьми, и очередь выросла на несколько человек."

"– Алька, ты чего заспанная такая? – Тетя Нюра слегка ткнула меня локтем в бок, заметив, что я задумалась над макаронами.

– Читала, – покаялась я и положила на прилавок пачку мелких «ракушек».

– А, все романы твои…

Покачав головой, напарница рассчитала пожилого мужчину, а я, как-то не задумываясь, улыбнулась и протянула его внуку зефирку. Мальчишка просиял, а старичок скупо поблагодарил.

– Ты бы реальной жизнью больше жила, Аля! А то девятнадцать лет девке, а парня нет.

– Нет, так будет, – отмахнулась и полезла в холодильник за куриными сердечками, – и мне уже двадцать.

– Кстати, об ухажерах… – как-то обреченно пробормотала тетя Нюра.

– Доброе утро! – раздалось веселое.

Подняв голову, изобразила кислую улыбку.

Валевски, или как там его, состряпав задумчивую физиономию, рассматривал полки за мной. Надо же, дождался, пока очередь разойдется, и подполз.

– И вам не хворать, – недружелюбно поприветствовала его. – Опять за мясом или за анчоусами?

– А есть? – уточнил он с поразительной наивностью.

– Вагон, но не в нашем магазине. Может, вам все же в гипермаркет отправиться? А то у нас все килька в томатном соусе да макароны.

– Да, пища низкопробная. Для батраков да городской челяди. Земные блюда – никакого изыска…

– А вы что, с Марса к нам прибыли? – съязвила.

Бесил меня этот придурковатый, прямо душа требовала его уколоть… Хоть словом, но побольнее.

– Нет, – он высокомерно задрал голову, – но не суть. Мне бы напиток какой.

– Нектар богов закончился на прошлой неделе, месье!

– Ты надо мной подшучиваешь, Алевтина?!

Он только понял, что ли?! Долго же до него доходило.

Я нахмурилась.

– Не помню, чтобы мы с вами знакомились и переходили на ты.

– Женщина, ты должна гордиться, что я запомнил твое имя. Но такую красивую девушку трудно не заметить.

– О, я так горда! Прямо распирает. Ваша тушенка, господин. – Резко поставила на прилавок жестяную баночку и готова была оторваться на приставучем хлыще, но в магазин зашел директор.

Стиснув челюсти, я зло взглянула на блаженного покупателя.

– Брокколи мне, – его тонкие губы растянулись в улыбке, – она оказалась невероятно вкусна.

– Конечно. – Вместо того чтобы достать зеленую пакость, проводила взглядом Петра Ивановича, скрывшегося в подсобке.

– Алевтина?! Моя капуста…

– Мы с вами незнакомы, – негромко процедила сквозь зубы, – и мне не нравится, как вы себя ведете. Хотите брокколи – пожалуйста! Хоть всю овощную заморозку забирайте. Но прекратите обращаться ко мне по имени. Вы мне не нравитесь!

– Понравлюсь. – Он легким жестом словно отмахнулся от моих слов. – Это магия чувств.