Фабрика отклонений

Он сунул туда руку, а аппарат уже взорвался настырным трезвоном.

– Пусть увозят, – Гуров кивнул на труп и отошел в сторону: – Слушаю!

– Товарищ полковник! – прозвучал в трубке незнакомый молодой голос. – Капитан Семин, старший оперативной группы от Южного округа Москвы. Ревякин уходит!

– Что? Как уходит? Что там у вас происходит?

– За Ревякиным было установлено наблюдение силами нашей группы. Держали не плотно, чтобы не вспугнуть. А под утро он выскочил из дома, прыгнул в машину и погнал на юг, за МКАД.

– Выскочил, прыгнул, погнал! Вам сколько лет, капитан?

– Виноват, товарищ полковник. Налицо были явные признаки торопливости, даже паники. Двое оперативников, дежуривших в машине возле его дома, повели себя неосторожно, видимо, выдали свое присутствие. Ревякин сейчас пытается скрыться. Он пересек МКАД, а в районе Видного свернул на окраины. Мы объявили план-перехват. – Последние слова были сказаны убитым голосом.

Гуров понимал, что капитану было до ужаса стыдно за своих подчиненных, которые сорвали комбинацию, проводимую МВД. Приказано было не выпускать Ревякина из виду, а они устроили погоню.

Но что заставило бизнесмена поспешно покинуть квартиру и куда-то уезжать? Неужели понимание того факта, что против него есть важные улики? Выходит, это он убийца и расчленитель?

– Если возьмете, доставить Ревякина в ГУВД Видного. Я выезжаю к вам. – Гуров повернулся к сыщикам и заявил: – Мы со Станиславом Васильевичем уедем, а вы, ребята, срочно займитесь возможными свидетелями, установлением личности погибшего. Я сейчас позвоню в местное ОВД, и весь оперативный состав будет в вашем распоряжении."

"Из-за двух аварий на дороге из Расторгуево в Видное они добирались почти пятьдесят минут. Гуров первым вышел из машины.

К нему подбежал помощник дежурного отдела ГИБДД и виновато проговорил:

– Здравия желаю! Хотел предупредить вас, товарищ полковник, гражданин Ревякин уже нервничает. Нам с трудом удается убеждать его в том, что он задержан лишь из-за попытки не подчиниться требованиям работников полиции.

– Кто его задерживал? – спросил Гуров, направляясь к дверям управления.

– Патрульный экипаж машины ДПС. Потом сзади автомобиль Ревякина заблокировали оперативники.

– Хорошо, проводите нас к задержанному и сразу оставьте наедине.

Помощник дежурного торопливо обогнал московских полковников и провел их по коридору в один из кабинетов с табличкой, на которой были написаны фамилии и звания. Офицер распахнул дверь и вошел первым.

Гуров шагнул за ним и увидел три стола вдоль стен. За одним из них сидел растрепанный Ревякин с потным лицом. Он все время протирал очки и вытирал платком лоб.

Хмурый старший лейтенант что-то недовольно и тихо говорил ему и показывал руками.